УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья Тудиярова С.В.
Дело № 33-5629/2016
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
г. Ульяновск
29 ноября 2016 года
Судебная коллегия по
гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:
председательствующего
Казаковой М.В.,
судей Герасимовой
Е.Н., Фоминой В.А.,
при секретаре Воронковой И.А,
рассмотрела в
открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе Афанасьева Н*** Г***
на решение Димитровградского городского суда Ульяновской области от 01 сентября
2016 года, с учетом определения этого же суда от 07 октября 2016 года об
исправлении описки, по которому постановлено:
В удовлетворении
исковых требований Афанасьева Н*** Г*** к Управлению Пенсионного фонда Российской
Федерации (государственному учреждению) в г.Димитровграде и Мелекесском районе
о включении периодов работы в
специальный стаж и назначении досрочной пенсии по старости отказать.
Заслушав доклад
судьи Герасимовой Е.Н., пояснения Афанасьева Н.Г., его представителя – адвоката
Банкетова Е.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия
У С Т А Н О В И Л А :
Афанасьев Н.Г.
обратился в суд с иском к Управлению Пенсионного фонда Российской
Федерации в г.Димитровграде и Мелекесском районе Ульяновской области (далее –
УПФ в г. Димитровграде и Мелекесском районе, пенсионный орган) о включении периодов работы в специальный стаж
и назначении досрочной страховой пенсии по старости. В обоснование иска указал,
что 26 мая 2016 года обратился к
ответчику с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости на
основании п. 17 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» в связи с
работой с осужденными в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде
лишения свободы. По состоянию на день обращения в пенсионный орган его
страховой стаж составлял 34 года 2 месяца 9 дней, из которых с 09 апреля 1984
года по 01 октября 2006 года он работал контролером- станочником, мастером в
учреждениях, исполняющих наказания. Согласно записи в трудовой книжке он
числился работающим на ***, но 09 апреля 1984 года был откомандирован в ***,
где работал полный рабочий день вместе с осужденными на территории колонии.
Решением комиссии ответчика от 21 июля 2016 года ему отказано в назначении досрочной страховой пенсии по
старости в связи с отсутствием необходимой продолжительности стажа на
соответствующих видах работ. При этом указанный выше период его работы в
исправительных учреждениях не был включен в специальный стаж, поскольку им не
представлены документы, подтверждающие его занятость в непосредственном
контакте с осужденными, с чем он не согласен. Факт его постоянной работы с
осужденными может быть подтвержден свидетельскими показаниями. Просил обязать УПФ в г.Димитровграде и
Мелекесском районе включить в его специальный стаж, дающий право на досрочную
пенсию, период работы в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в виде
лишения свободы, с 09 апреля 1984 года по 01 октября 2006 года, назначить ему
досрочную пенсию с 26 мая 2016 года.
Суд привлек к
участию в деле в качестве третьих лиц,
не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета
спора, открытое акционерное общество
«ДААЗ», федеральное казенное учреждение «Исправительная колония №10 УФСИН
России по Ульяновской области» и, рассмотрев заявленные требования по существу,
постановил приведенное выше решение.
В апелляционной
жалобе Афанасьев Н.Г. не соглашается с решением суда, просит его отменить и
вынести новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. В
обоснование жалобы указывает, что судом неправильно были определены
обстоятельства, имеющие значение для дела.
По мнению автора жалобы, суд необоснованно не принял во внимание
сведения начальника цеха №1 центра трудовой адаптации осужденных ***,
подтверждающие занятость его на работе с осужденными в течение полного рабочего
дня. Обращает внимание, что действующее законодательство не содержит запрета
подтверждения факта работы в течение полного рабочего дня с осужденными
письменными объяснениями свидетеля. Действующее законодательство допускает
подтверждение стажа работы свидетельскими показаниями в случае утраты
документов о работе не по вине работника. С учетом этого полагает, что записи в
его трудовой книжке подлежали оценке в совокупности с иными данными, а также
показаниями свидетелей. Считает, что непредставление ему бывшим работодателем
документов, подтверждающих специальный характер работы, и соответствующей
справки, не может служить основанием для лишения его права на льготное
пенсионное обеспечение. Полагает, что судом необоснованно были отклонены его
ходатайство о допросе свидетелей, чем суд фактически лишил его права на
представление доказательств.
В возражениях на
апелляционную жалобу УПФ в г.Димитровграде и Мелекесском районе просит решение
суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения
Судебная коллегия
полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителей ответчика и
третьих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства судом
апелляционной инстанции.
В соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского
процессуального кодекса Российской Федерации
суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов,
изложенных в апелляционных жалобе и возражениях относительно жалобы.
Проверив материалы
дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия
приходит к следующему.
Как установлено
судом и следует из материалов дела, 26 мая 2016 года Афанасьев Н.Г. обратился в
УПФ в г. Димитровграде и Мелекесском районе с заявлением о назначении досрочной
страховой пенсии по старости в соответствии с п. 17 ч. 1 ст. 30 Федерального
закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее –
Федеральный закон № 400-ФЗ).
Решением комиссии
ответчика от 21 июля 2016 года истцу отказано в назначении досрочной страховой
пенсии в соответствии с п. 17 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ в связи
с отсутствием необходимой продолжительности стажа на соответствующих видах
работ.
При этом в
специальный стаж Афанасьева Н.Г. заявленный им период работы на *** ответчиком
засчитан не был ввиду отсутствия документального подтверждения постоянной
занятости с осужденными в течение полного рабочего дня.
Полагая решение
пенсионного органа незаконным, Афанасьев Н.Г. обратился в суд с настоящим
иском.
Разрешая заявленные
требования, суд проверил доводы сторон, исследовал представленные доказательств
и, руководствуясь законом, подлежащим применению к спорным правоотношениям,
пришел к верному выводу об отказе Афанасьеву Н.Г. в иске.
Вывод суда
мотивирован, соответствует собранным по делу доказательствам, оснований не
соглашаться с ним судебная коллегия не усматривает.
В соответствии с п. 17 ч. 1 ст. 30
Федерального закона № 400-ФЗ досрочная страховая пенсия по старости назначается
при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не
менее 30 мужчинам по достижении возраста 55 лет и женщинам по достижении
возраста 50 лет, если они были заняты на работах с осужденными в качестве
рабочих и служащих учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения
свободы, соответственно не менее 15 лет и 10 лет и имеют страховой стаж
соответственно не менее 25 и 20 лет.
Списки
соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и
учреждений (организаций), с учетом которых назначается страховая пенсия по
старости в соответствии с частью 1
статьи 30, правила
исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при
необходимости утверждаются Правительством Российской Федерации (ч. 2 ст. 30
Федерального закона № 400-ФЗ).
Согласно подпункту «к» пункта 1 постановления
Правительства Российской Федерации от 16 июля 2014 года № 665 «О списках работ,
профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом
которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах
исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное
обеспечение» при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам,
которые были заняты на работах с осужденными в качестве рабочих и служащих
учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, применяется
список
работ, профессий и должностей работников учреждений, исполняющих уголовные
наказания в виде лишения свободы, занятых на работах с осужденными,
пользующихся правом на пенсию в связи с особыми условиями труда, утвержденный
постановлением Правительства Российской Федерации от 3 февраля 1994 года № 85
«Об утверждении списка работ, профессий и должностей работников учреждений,
исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, занятых на работах с
осужденными, пользующихся правом на пенсию в связи с особыми условиями труда»
(далее – Список от 03 февраля 1994 года).
Правом на льготное пенсионное обеспечение по
названному Списку от 03 февраля 1994 года № 85, пользуются рабочие и служащие
учреждений, исполняющих наказания, постоянно и непосредственно занятые на
работах с осужденными.
Постановлением
Министерства труда Российской Федерации от 20 мая 1994 года №39 утверждено
согласованное с Министерством социальной защиты населения Российской Федерации
и Пенсионным фондом Российской Федерации разъяснение о порядке применения
Списка от 03 февраля 1994 года.
Согласно п. 2 названного Разъяснения правом
на льготное пенсионное обеспечение по Списку
от 03 февраля 1994 года пользуются рабочие и служащие учреждений, исполняющих
наказания, занятые на работах с осужденными постоянно и непосредственно в
течение полного рабочего дня.
В специальный трудовой стаж для назначения
льготной пенсии включаются все периоды работы в профессиях и должностях,
предусмотренных Списком,
независимо от перерывов в работе при наличии подтверждающих документов (п. 9
Разъяснения).
В подтверждение специального трудового стажа
для установления льготного пенсионного обеспечения работникам администрацией
учреждения, исполняющего уголовные наказания в виде лишения свободы, выдается
справка о периодах работы с осужденными в профессиях и должностях,
предусмотренных Списком
(п.10 Разъяснения).
Настаивая на удовлетворении иска, Афанасьев
Н.Г. указывал, что специальным стажем, дающим право на назначение досрочной
страховой пенсии по п. 17 ч. 1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ, является
его работа на *** в период с 09 апреля 1984 года по 01 октября 2006 года,
откуда он был командирован на работу в исправительные учреждения, расположенные
в г. Димитровграде.
Вместе с тем
документальное подтверждение постоянной и непосредственной занятости Афанасьева
Н.Г. на работах с осужденными в течение полного рабочего дня, как того требуют
приведенные выше положения закона для назначения досрочной страховой пенсии по
п. 17 ч. 1 ст. 30 Федерального закона №400-ФЗ, отсутствует.
Из записей в
трудовой книжке истца следует, что он работал в ***:
- с 09 апреля 1984 года
по 31 июля 2004 года – контролером станочных и слесарных работ в ***;
- с 01 августа 2004
года по 31 марта 2005 года – контролером станочных и слесарных работ в отделе
технического контроля производства кузовной арматуры;
- с 01 апреля 2005
года по 31 августа 2005 года – контролером станочных и слесарных работ в отделе
технического контроля;
- с 01 сентября 2005
года по 30 сентября 2006 года – контролером станочных и слесарных работ в
центре качества;
- с 01 октября 2006
года по 31 марта 2011 года и с 01 апреля 2012 года по 09 июля 2015 года –
слесарем механосборочных работ в механосборочном производстве;
- с 01 апреля 2011
года по 31 марта 2012 года – слесарем механосборочных работ в цехе технического
контроля.
Согласно сведениям
работодателя истца в архиве *** отсутствуют какие-либо документы, на основании
которых можно было бы сделать вывод о постоянной и непосредственной занятости
Афанасьева Н.Г. на работах с осужденными в течение полного рабочего дня, а
именно: договоры, заключенные между *** и *** (в связи с истечением срока
хранения), приказы по установлению надбавок к заработной плате Афанасьева Н.Г. за период его работы с 09
апреля 1984 года по 01 октября 2006 года; сведения о выдаче Афанасьеву Н.Г.
пропусков с разрешением находиться на территории *** в период с 1984 года по
1992 год, на территории *** в период с 1992 года по 2006 год, а также о том,
осуществлял ли истец работу непосредственно с осужденными постоянно в течение рабочего
дня.
При таких
обстоятельствах не имеется оснований утверждать, что указанная в расчетных
листках доплата в отдельные временные промежутки спорного периода за условия
труда и его интенсивность, являлась доплатой за особые условия труда в связи с
постоянной занятостью с осужденными, отбывающими наказание.
При этом следует
учитывать, что Афанасьев Н.Г. зарегистрирован в системе персонифицированного
учета 02 декабря 1999 года, в выписке из индивидуального лицевого счета
сведения о работе истца за весь период работы, в том числе спорный,
представлены страхователем *** и квалифицированы последним общими условиями.
Из должностной
инструкции контролера станочных и слесарных работ *** за 2002 год, в основные
обязанности которого входили контроль и приемка деталей, также не следует вывод
о том, что занимая указанную должность, Афанасьев Н.Г. постоянно и
непосредственно в течение полного рабочего дня был занят на работах с
осужденными.
Документального
подтверждения специальных условий труда Афанасьева Н.Г. в спорный период не
имеется и в исправительном учреждении.
В отсутствие
каких-либо документов об условиях работы истца выданная ему исправительным
учреждением справка о постоянной занятости с осужденными со ссылкой на
пояснения сотрудника учреждения М*** Н.В. – начальника цеха № 1 центра трудовой
адаптации осужденных *** обоснованно не принята судом во внимание.
При этом необходимо
отметить, что из содержания данной справки следует, что названный сотрудник М***
Н.В. проходит службу в исправительном учреждении с 07 июля 1996 года, то есть
поступил на службу на 12 лет позднее истца, в связи с чем пояснения данного
лица не могут служить подтверждением характера работы Афанасьева Н.Г. за
заявленный им период.
Действительно
ч. 3 ст. 14 Федерального закона № 400-ФЗ допускает возможность установления
периодов работы на территории Российской Федерации на основании показаний двух
и более свидетелей, если документы о
работе утрачены в связи со стихийным бедствием (землетрясением, наводнением,
ураганом, пожаром и тому подобными причинами) и восстановить их невозможно, а
также при утрате документов и по другим причинам (вследствие небрежного их
хранения, умышленного уничтожения и тому подобных причин) не по вине работника.
Однако
эта же норма закона устанавливает ограничение допустимости такого средства
доказывания как свидетельские показания при определении характера работы, в
связи с чем суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для
исследования по делу свидетельских показаний.
Согласно
позиции, выраженной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от
17 декабря 2009 года № 1580-О-О установление
для сотрудников исправительных учреждений льготных условий приобретения права
на трудовую пенсию по старости (как и предоставление им пенсии за выслугу лет,
предусматривавшееся в ранее действовавшем пенсионном законодательстве)
связывается не с любой работой в учреждениях, исполняющих уголовные наказания в
виде лишения свободы, а лишь с такой, которая непосредственно связана с
осужденными и при выполнении которой подвергаются риску жизнь и здоровье
работников этих учреждений, учитываются также и различия в характере работы,
функциональных обязанностях лиц, работающих на одних и тех же должностях, но в
разных условиях. Исходя из этого в утвержденном Постановлением Правительства
Российской Федерации от 03 февраля 1994 года №85 Списке
указаны не только определенные должности, но и условие - постоянная и
непосредственная занятость на работах с осужденными. Основанная на указанных
признаках дифференциация условий реализации права на трудовую пенсию по старости
сама по себе не может расцениваться как ограничивающая право граждан на
пенсионное обеспечение.
Вопреки доводам
апелляционной жалобы, обстоятельства дела исследованы судом с достаточной
полнотой, совокупность доказательств, позволяющая суду установить фактические
данные, при которых возможно назначение досрочной страховой пенсии по п. 17 ч.
1 ст. 30 Федерального закона № 400-ФЗ, по делу отсутствует.
Материальный и
процессуальный законы применены судом верно.
В силу изложенного
решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.
Руководствуясь
статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная
коллегия
О П Р Е Д Е Л
И Л А:
Решение Димитровградского городского суда
Ульяновской области от 01 сентября 2016 года с учетом определения этого же суда
от 07 октября 2016 года об исправлении описки оставить без изменения, а
апелляционную жалобу Афанасьева Н*** Г*** – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи