УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья ***
Дело №
22-1462/2016
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н
О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е
г. Ульяновск 22 июля 2016 года
Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного
суда в составе:
председательствующего
Кабанова В.А.,
судей Губина Е.А. и
Геруса М.П.,
с участием прокурора
Рябова И.В.,
представителя потерпевших А*** А.С. и В.С. в лице адвоката Шипкова С.В.,
осужденных Зиннурова Э.В., Алеева К.Н., Яхиева Р.А. и
Яфарова М.Р.,
их защитников в лице
адвокатов Неспая А.В., Артемова А.С., Гораш
Е.В., Костиной Н.В. и Монахова
Н.А.,
защитника осужденного
Семьяннова И.Ю. в лице адвоката
Басманова А.Г.,
при секретаре
Хисматуллиной А.С.
рассмотрела в открытом судебном заседании материалы
уголовного дела по апелляционным жалобам осужденных Зиннурова Э.В., Яхиева Р.А.
и Алеева К.Н., адвокатов Костиной Н.В.,
Басманова А.Г., Гораш Е.В., Неспая А.В., Клементьева В.В. и Артемова А.С.
на приговор Ленинского районного
суда г.Ульяновска от 07 июня
2016 года, которым
ЗИННУРОВ Э*** В***,
*** несудимый,
осужден: по п. «а»
ч.3 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 6 лет;
по ч.1 ст.116 УК РФ к исправительным работам сроком на 3
месяца с удержанием 10 % из заработной
платы ежемесячно в доход государства;
по ч.1 ст.119 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ
сроком на 400 часов;
по п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ (в редакции Федерального закона №
26-ФЗ от 07.03.2011) к лишению свободы сроком на 2 года 3 месяца.
В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ, с учетом положений ч.1
ст.71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний,
постановлено окончательно назначить наказание в виде лишения свободы сроком на
6 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
ЯХИЕВ Р*** А***,
*** несудимый,
осужден: по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года; по ч.1 ст.119 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ сроком
на 350 часов.
В соответствии с ч.3 ст.69 УК РФ, с учетом положений ч.1
ст.71 УК РФ, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний,
постановлено окончательно назначить
Яхиеву Р.А. наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года 1 месяц с
отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
АЛЕЕВ К*** Н***,
*** несудимый,
осужден п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на
4 года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
ЯФАРОВ М*** Р***,
*** ранее судимый:
04 сентября 2012 года по ч.3 ст.30, п. «б» ч.2 ст.228-1 УК
РФ, ч.1 ст.228 УК РФ, ч.2 ст.69 УК РФ окончательно к лишению свободы сроком на 5 лет 6 месяцев;
осужден п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ (в редакции Федерального
закона №26-ФЗ от 07.03.2011) к наказанию
в виде лишения свободы сроком на 2 года 2 месяца.
В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения
наказаний, назначенных приговором Ленинского районного суда г.Ульяновска от
04.09.2012 и настоящим приговором, постановлено окончательно назначить Яфарову
М.Р. наказание в виде лишения свободы на
срок 5 лет 8 месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.
Постановлено меры пресечения Зиннурову Э.В., Яхиеву Р.А.,
Алееву К.Н. и Яфарову М.Р. в виде
подписок о невыезде и надлежащем поведении
изменить на заключения под стражу.
Срок отбытия наказания постановлено им исчислять
с 07 июня 2016 года.
Постановлено зачесть в срок отбытия наказания время
содержания под стражей Зиннурова Э.В. и
Алеева К.Н. с 13 января 2015 года по 12
мая 2015 года; Яхиева Я.А. с 21 января
2015 года по 12 мая 2015 года, а
также Яфарову М.Р. наказание в виде
лишения свободы, отбытое по приговору от
04 сентября 2012 года в период с 11
сентября 2012 года по 06 июня 2016 года, а также время его содержания в
психиатрическом стационаре в период с 25 октября 2011 года по 22 мая 2012 года.
СЕМЬЯННОВ И*** Ю***,
*** несудимый,
осужден п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ (в редакции Федерального
закона № 26-ФЗ от 07.03.2011) к наказанию
в виде лишения свободы сроком на 2 года 1 месяц.
На основании ст.73 УК РФ данное наказание постановлено
отбывать условно с испытательным сроком в 2 года, и возложить на него обязанность не менять
постоянного места жительства без уведомления специализированного
государственного органа, осуществляющего исправление осужденного.
Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем
поведении в отношении Семьяннова И.Ю.
постановлено оставить без изменения до вступления приговора в законную
силу.
Постановлено гражданские иски потерпевших А*** А.С. и А***
В.С. о компенсации морального вреда удовлетворить частично и взыскать: с
Зиннурова Э.В. в пользу А*** А.С. - 500 000 рублей, в пользу А***
В.С. - 100 000 рублей; с Яхиева Р.А. в пользу А***
А.С. - 400 000 рублей, в пользу А*** В.С.
- 50 000 рублей: с Алеева К.Н. в пользу А*** А.С. - 400 000 рублей.
Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Кабанова В.А., выступления участников
процесса, судебная коллегия
У С Т А Н О В И Л А:
Приговором суда Зиннуров Э.В., Яхиев Р.А. и Алеев К.Н.
осуждены за умышленное причинение
тяжкого вреда здоровью А*** А.С., опасного для жизни человека, совершенное
группой лиц.
Кроме того, Зиннуров Э.В. осужден за нанесение побоев А***
В.С., причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в
ст.115 УК РФ и угрозу ему убийством,
если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.
Яхиев Р.А. осужден за угрозу
убийством А*** В.С., если имелись основания опасаться осуществления этой
угрозы.
Также Зиннуров Э.В., Яфаров М.Р. и Семьяннов И.Ю. осуждены
за вымогательство, то есть требования
передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой
лиц по предварительному сговору.
Преступления ими совершены в г.У*** во время и
при обстоятельствах, установленных
судом, и подробно изложенных в описательно-мотивировочной части
приговора.
В апелляционной жалобе осужденный Зиннуров Э.В. выражает
несогласие с приговором суда, считая,
что орган следствия и суд не проверили и не опровергли его доводы о
невиновности, в подтверждение чего приводит показания, аналогичные ранее данным
в судебном заседании. Утверждает, что не совершал инкриминируемых преступлений
и незаконно привлечен к уголовной ответственности. Просит приговор суда
отменить, а дело направить на дополнительное расследование в другой регион.
В апелляционной жалобе
адвокат Неспай А.В. в интересах
осужденного Зиннурова Э.В. считает, что приговор подлежит отмене, поскольку
судом не были выполнены требования ч.2 ст.297, п.п.1-4 ч.1 ст.299, п.2 ст.307
УПК РФ. По эпизоду в отношении А*** А.С. и В.С. считает, что приговор суда
постановлен на противоречивых, непоследовательных и сомнительных показаниях
потерпевших, и их анализ отсутствует. Также суд не дал правовой оценки
показаниям потерпевшего А*** А.С. о получении им травмы груди при наезде
автомобиля «*** ***» под управлением Зиннурова Э.В. Полагает, что боль в
области тела может свидетельствовать о получении травмы груди при наезде автомобилем, а не при избиении
группой лиц, экспертами данный вопрос не исследовался. При этом считает, что действия осужденного у
ГСК в отношении А*** А.С. носили правомерный характер, так как он использовал
автомобиль с целью самообороны от действий
вооруженного потерпевшего. Считает, что суд не дал должной оценки
действиям А*** А.С. и Зиннурова Э.В., вынес приговор на следующий день после
прений сторон. Обращает внимание на заключение медицинской экспертизы под
редакцией О*** А.А., выводы которой не подтверждают наличие посттравматического
правостороннего пневмоторакса у потерпевшего от действий группы лиц,
отраженного в заключении экспертизы под редакций Т***. По эпизоду
вымогательства также не соглашается с приговором суда и считает, что он вынесен на противоречивых показаниях
потерпевших и оперативных сотрудников полиции. При этом А*** Р. и его родители
являются заинтересованными лицами. Судом неправильно была определена роль
Зиннурова Э.В., так как, кроме перемещения на своем автомобиле причастных лиц,
он никаких действий по отношению к А*** Р. не совершал, денег не требовал,
контроль их возврата не осуществлял. Полагает, что отсутствие анализа всех
доказательств лишило суд при вынесении приговора возможности правильно оценить
все обстоятельства, имеющие значение для решения вопросов, указанных в ст.299
УПК РФ. Считает, что существенно был нарушен уголовно-процессуальный закон,
выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, неправильно
применен уголовный закон. Просит приговор суда отменить и возвратить уголовное
дело прокурору.
В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) адвокат Артемов А.С. в интересах осужденного Зиннурова Э.В.
считает, что приговор суда является незаконным и подлежащим отмене, поскольку в ходе расследования дела и его
рассмотрения судом допущены многочисленные существенные нарушения
уголовно-процессуального закона, а
выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим
обстоятельствам дела. Считает, что вина Зиннурова Э.В. не доказана, было
нарушено его право на защиту, незаконно признаны недопустимыми
доказательства защиты, вина обоснована доказательствами, полученными с
нарушением закона.
Полагает, что по окончанию предварительного расследования
следователем не выполнены требования закона об ознакомлении обвиняемого Зиннурова
Э.В. и его защитника со всеми материалами дела. Обращает внимание на то, что ***
ноября 2015 года, т.е. до окончания срока, установленного судом для
ознакомления адвоката Артемова А.С. с материалами уголовного дела, следователь
Х*** С.В. вынес постановление об окончании ознакомления обвиняемого Зиннурова
Э.В., адвокатов Неспая А.В. и Артемова А.С. с материалами дела (т. 8, л.д.
360). В этот же день без участия
адвоката Артемова А.С., не поставив его в известность, следователь составил
протокол об ознакомлении и материалами дела, в том числе и, якобы, адвоката
Артемова А.С. (т.8, л.д.349-353). Считает, что данное постановление следователя
незаконно, так как судом не принималось решения об установлении срока для
ознакомления адвоката Неспая А.В. и обвиняемого. Это постановление могло быть
вынесено следователем не ранее *** декабря 2015 года. Также обращает внимание
на то, что адвокат Неспай А.В. заявил, что ходатайства по результатам
ознакомления будут представлены *** декабря 2015 года. Обвиняемый Зиннуров Э.В.
сообщил, что с правами, предоставленными ч.5 ст.217 УПК РФ, сможет определиться
совместно с защитниками Неспаем А.В. и Артемовым А.С. после их ознакомления с
материалами дела. *** декабря 2015 года,
через канцелярию следственного органа,
он представил ходатайство о приобщении объектов исследования экспертов,
однако в материалах дела они отсутствовали, и его ходатайство следователем
рассмотрено не было. Полагает, что, не
выяснив у обвиняемого и защитников какие лица подлежат вызову в судебное
заседание следователь составил
обвинительное заключение с нарушением требований ч.1 п.6 ст.220 УПК РФ. Также
считает, что следователь не вправе был возбуждать уголовное дело частного
обвинения по ч.1 ст.116 УК РФ, Зиннурову Э.В. незаконно предъявлено обвинение
по данной статье, дело незаконно
соединено с другими делами и рассмотрено
с нарушением подсудности.
Обращает внимание на то, что в нарушении ч.2 ст.234 УПК РФ,
был нарушен трехдневный срок уведомления участников процесса о дате предварительного слушания - 14 января
2016 года, при этом адвокат Артемов А.С.
о дне его проведения не извещался
вообще.
Полагает, что постановление о привлечении Зиннурова Э.В. в
качестве обвиняемого по п. «а» ч. 3 ст. 111 УК РФ вынесено с
нарушением требований п. 4 ч. 2 ст. 171
и п. 1 ст. 73 УПК РФ, чем нарушены
положения п. 1 ч. 4 ст. 47 УК РФ, согласно которым обвиняемый вправе знать, в
чем он обвиняется. В подтверждение своих доводов приводит анализ и содержание текста этого постановления, обращая внимание на
имеющиеся, по мнению автора жалобы, противоречия и неясности. Полагает, что в
обвинении должно было быть указано, в каком конкретно из 4-х эпизодов
применения насилия к А*** А.С. ему был причинен тяжкий вред здоровью, при этом
эти эпизоды вменены и другим осужденным,
а фактически, Зиннурову Э.В. предъявлено
обвинение без установления конкретных обстоятельств совершения преступления,
что делает невозможным осуществление защиты от обвинения. Считает, что суд в
приговоре, при описании преступного деяния, фактически исключил из обвинения
указание о способе совершения преступления, то есть существенно изменил
обвинение в нарушение ст.252 УПК РФ,
нарушил право на защиту и требования п.
1 ст. 307 УПК РФ.
Обращает внимание на
то, что *** сентября 2015 года Зиннурову Э.В.
было объявлено об окончании следственных действий (т. 8, л.д. 114)
и *** октября 2015 года он был приглашен на ознакомление с материалами
дела. Ознакомление было начато в 13 час. 20 мин. (т.8, л.д.349-354) и в ходе него с 13 час. 15 мин. до 13 час. 30 мин.
Зиннурову Э.В. было предъявлено обвинение, и он был допрошен в качестве
обвиняемого (т.8, л.д.255-264). С учетом изложенного считает, что обвинение
предъявлено с нарушением требований ст.ст. 47, 171-173 и 188 УПК РФ, так как ни обвиняемый, ни его
защитники не были предупреждены об этом, а кроме того, оно предъявлено во время
ознакомления с материалами дела.
Полагает, что вышеуказанные нарушения являлись основаниями
для возвращения уголовного дела прокурору для устранения допущенных нарушений.
Считает, что
заключение судебно-медицинской экспертизы от *** августа 2015 года (т.5,
л.д.297-351) является недопустимым доказательством, поскольку экспертиза
назначена и проведена с существенным нарушением уголовно-процессуального
закона. Производство экспертизы было поручено доктору медицинских наук,
профессору Т*** И.А., а фактически она проведена комиссией экспертов. Указанные
в ней лица не являются врачами - судебно-медицинскими экспертами медицинского
учреждения; также они не являются индивидуальными предпринимателями,
обладающими специальными знаниями и имеющими лицензию на осуществление
медицинской деятельности, включая работы (услуги) по судебно-медицинской
экспертизе. При таких обстоятельствах, орган расследования не вправе был
поручать производство экспертизы по определению тяжести вреда здоровью
указанным лицам. Также обращает внимание на нарушение порядка назначения лица
для производства экспертизы. Так в
постановлении следователь указал, что производство экспертизы
поручено Т*** И.А., а фактически она
проведена комиссией экспертов: Т*** И.А., Р*** С.Д., М*** В.Ю. и М*** С.А.,
которым следователь не поручал её производство, а лишь указал, что Т*** И.А.
поручается сформировать персональный состав комиссии, что противоречит нормам
закона. Считает, что постановления следователя от *** мая 2015 года о
назначении экспертами вышеуказанных лиц не являются процессуальными
документами, предусмотренными УПК РФ. Обращает внимание на то, что часть
медицинских карт, рентгеновских снимков, диски с томографическим исследованием, отсутствуют в
материалах дела, как и документы, свидетельствующие о законности получения
указанных материалов следователем и предоставления их экспертам. Полагает,
что протокол исследования компьютерной
томографии головного мозга и органов грудной клетки потерпевшего был получен с
нарушением требований статей 1, 17, 74,
81, 86-88 и 202 УПК РФ, следовательно, в соответствии со ст.75 УПК РФ, является
недопустимым доказательством, как и выводы
экспертов основанные, в том числе,
на его исследовании.
Полагает, что выводы комиссии судебно-медицинских экспертов
имеют противоречия между собой, между собственными исследованиями, а некоторые
выводы не подтверждаются ими и опровергаются материалами дела.
Вывод комиссии экспертов о якобы имевшихся у А*** А.С.
телесных повреждениях, которые согласно п. 6.1.10 «Медицинских критериев
определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»,
расцениваются как тяжкий вред его здоровью, является противоречивым и
непонятным. В подтверждение своих доводов, автор жалобы приводит содержание
экспертизы, давая ей собственный анализ
и оценку. При этом полагает, что
комиссия не приняла меры к установлению наличия или отсутствия прямой
причинно-следственной связи между полученными А*** А.С. телесными повреждениями
и развившимся «посттравматическим правосторонним пневмотораксом». Обращает
также внимание на то, что в распоряжение экспертов не был представлен протокол
освидетельствования А*** А.С. от *** января 2015 года. Также полагает, что между исследованием эксперта Р*** С.Д. по
переломам ребер, оценкой этого исследования комиссией и их выводами имеются противоречия. Кроме того,
указанные исследования, оценка и выводы находятся, как в противоречии, так и опровергаются, ранее
проведенными исследованиями и выводами специалистов в рамках лечения А*** А.С.,
а также показаниями свидетеля Б*** А.А. Обращает внимание на то, что вывод эксперта в заключении № ***
от *** января 2015 года и комиссии экспертов от *** августа 2015 года о
травматическом характере пневмоторакса, основан на наличии у А*** А.С. разрыва
ткани легочной плевры правого легкого. Однако такой вывод у эксперта в
заключении № *** не соответствует медицинской документации А*** А.С. в
заключении комиссии экспертов от *** августа 2015 года, является
предположительным и, следовательно, выводы указанных экспертов о характере
вреда здоровью являются необоснованными. Считает противоречивым вывод комиссии
о том, что правосторонний пневмоторакс у А*** А.С. имеет травматический
характер, и ответ на вопрос о его механизме образования отсутствует. При
допросе в судебном заседании эксперта Т*** И.А., он также не смог ответить на
указанный вопрос.
Обращает внимание на
то, что показания потерпевшего А*** А.С. об обстоятельствах происшедшего,
данные в ходе предварительного расследования, существенно отличаются от
показаний в судебном заседании. Соглашаясь с наличием существенных противоречий
в них, последний показал о своем физическом и психическом состоянии на ***-***
декабря 2014 года, которое не позволяло
ему реально оценивать происходящее и давать правильные показания о
произошедшем, поэтому считает, что
доверять надо тем показаниям, которые он давал в суде, а не в ходе
расследования. Суд в приговоре взял за основу более поздние показания,
сославшись на его пояснения. Вместе с тем, его показания, данные на
первоначальном этапе расследования, имеют существенное значение для правильной
юридической оценки произошедшего.
Полагает, что суд немотивированно отказал в производстве комплексной
медицинской судебной экспертизы в отношении потерпевшего на предмет установления
его психического и физического состояния и способности правильно воспринимать
обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать о них показания.
В отношении А*** В.С. аналогичная ситуация. При таких обстоятельствах считает, что
ссылка на показания потерпевших А***,
как на доказательство виновности, незаконна. Просит приговор в отношении
Зиннурова Э.В. отменить, уголовное дело вернуть прокурору для устранения
допущенных нарушений.
В апелляционной жалобе
осужденный Яхиев Р.А. не соглашается с приговором суда. Указывает на то,
что не совершал преступление и не наносил каких-либо ударов А*** А.С. Считает,
что последний его оговаривает, так как он не мог видеть указанных им действий.
При этом не отрицает, что находился около А*** А.С. Потерпевший А*** В.С. также
не мог видеть каких-либо действий, поскольку сам подвергся избиению. Указывает
на то, что был около дома А***, но не мог отъехать, поскольку потерпевший
находился около колес его автомобиля. В подтверждение своих доводов, приводит
показания, аналогичные ранее данным.
Также не соглашается с суммой компенсации морального вреда, так как он не
причастен к совершению преступлению. Просит приговор суда отменить и вынести
оправдательный приговор.
В апелляционной жалобе
адвокат Костина Н.В. в интересах осужденного Яхиева Р.А. выражает несогласие с
приговором суда, считает его незаконным, необоснованным и несправедливым.
Обращает внимание на то, что суд фактически исключил из объема обвинения причинение
потерпевшему А*** А.С. части телесных повреждений, не приведя мотивов принятого решения. Считает, что суд при описание повреждений
использовал взаимоисключающие экспертные заключения. При этом обращает внимание на тот факт, что ***.12.2014 в отношении А*** А.С. применялось насилие как минимум
трижды, каждый из иных эпизодов мог повлечь те телесные повреждения, которые
были обнаружены. Сам потерпевший
подтвердил, что травмы в груди он мог получить в результате наезда автомобиля.
А*** В.С. в этой части подтвердил показания брата, указав, что автомобиль
«впечатал» брата в стену гаража. А*** А.С. указал, что до автотравмы, не
чувствовал болезненных ощущений ни в одном из органов, а при движении от гаража
у него болели ноги и грудь. В связи с этим показания потерпевшего в комплексе с приведенной СМЭ свидетельствуют
о возможности получения комплекса повреждений в области груди и при автотравме. Защита приводила данный
довод, однако суд проигнорировал его, чем были грубо нарушены нормы уголовно-процессуального
закона. В заключениях СМЭ № *** и СМЭ от ***.08.15 делается вывод о
невозможности образования травмы груди при наезде автомобиля. Однако вопрос был поставлен усеченно, при этом экспертам не
приводились обстоятельства падения А*** А.С. и удар грудью о капот автомобиля,
а затем спиной о железобетонную стену. Также полагает, что телесные повреждения
в области груди могли последовать и в результате падения А*** А.С. на землю,
что подтверждается заключением СМЭ от ***.08.15г. (п.4 абзац 5 лист СМЭ ***).
При этом эксперт Т*** И.А. разъяснил, что под «ударом» подразумевают, когда
тело ударяется о землю, асфальт, и тому подобные предметы, которые можно
охарактеризовать, как тупые и твердые. При этом суд не исключал заключение СМЭ
№ *** как недостоверное доказательство, а лишь указывает на то, что эта
экспертиза не свидетельствует о невиновности осужденных и необоснованности
заключения повторной СМЭ от ***.08.15. Обращает внимание на то, что суд приводимые защитой доводы не указал в
приговоре. Полагает, что подобный приговор не соответствует ст.14 УПК РФ, и
грубо нарушает право осужденного на защиту. Обращает внимание на то, что до ***.08.15г. ни одна из
СМЭ не указывала на наличие у потерпевшего переломов 3-х ребер, в том числе и
СМЭ № *** от ***.01.15, также положенная судом в основу приговора.
При этом эксперт О*** А.А. указал еще на один вариант возможного
получения потерпевшим пневмоторакса (т.е. тяжкого вреда здоровью), а именно, на
неправильную транспортировку потерпевшего в медицинское учреждение, а также
любая неосторожность могла вызвать травмирование легочной ткани отломками
ребер. Также заключение СМЭ от ***.08.15., прямо не утверждает о возможности образования
всего комплекса повреждений в рамках травмы груди, а лишь предполагает наличие
такой возможности как один из вариантов
её получения. Таким образом,
полагает, что нельзя считать достоверно установленным, что вред здоровью
потерпевшего был причинен при избиении его руками и ногами он мог быть получен и при иных
обстоятельствах, и приведенные доводы
защиты в этой части не опровергнуты. Обращает внимание на то, что потерпевшие А***
А.С. и В.С. при допросах на следствии и в суде допускали существенные
противоречия, описывая события ***.12.14. Считает, что приводимые в приговоре
основания, по которым суд считает их несущественными, не выдерживают критики.
Напротив, позиция Яхиева Р.А. о невиновности последовательна, его доводы не
опровергнуты, а поэтому он подлежит оправданию. Кроме того, угроза
травматическим оружием не может быть оценена как угроза жизни ни с объективной
точки зрения, ни с позиции потерпевшего, поскольку А*** В.С. прямо указывал,
что осознавал, что оружие травматическое, т.е. могущее причинить травму при
определенных условиях. При этом А*** А.С. получил повреждения, относящиеся к
категории легких при прямом выстреле с расстояния 0,5 метра. Просит приговор
суд отменить и вынести оправдательный
приговор.
В
апелляционной жалобе осужденный Алеев
К.Н. не соглашается с приговором суда, считая его необоснованным. Указывает на
то, что не отрицает, что приехал на ул.Р***, когда ему позвонил Яхиев и
сообщил, что Зиннурова Э.В. убивают, однако
не совершал каких-либо действий в отношении потерпевшего. Обращает
внимание на то, что потерпевшие А*** изначально не указывали, что он
наносил им какие-либо удары. Согласно
показаниям А*** А.С. он чувствовал, что
удары наносят не менее 2 человек, а А*** В.С. указал, что не видел, чтобы он
(Алеев К.Н.) наносил удары. Считает, что впоследствии потерпевшие оговорили
его, и суд в приговоре исказил показания А*** В.С. Указывает на то, что был студентом *** курса и остался теперь без
образования. Просит его оправдать, поскольку
не совершал данного преступления.
В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) адвокат Гораш Е.В. в интересах осужденного Алеева К.Н. выражает несогласие с
приговором суда, считая его необоснованным и подлежащим изменению. Считает, что
значительная часть приговора постановлена на предположениях и искаженных судом
показаний свидетелей и потерпевших. При этом потерпевший А*** В.С. в судебном заседании заявил, что не видел,
как Алеев К.Н. наносил удары А*** А.С. В связи с этим считает, что суд дал
неверную оценку его оглашенным
показаниям от ***.12.2014, сославшись на пояснения А*** В.С., которых он
не давал в судебном заседании, и сделал
в нарушении п.2 ч.2 ст. 75 УПК РФ предположительный вывод, что Алеев
К.Н. наносил удары А*** А.С. Показания потерпевшего А*** А.С. также считает
противоречивыми и непоследовательными. При этом суд не привел содержание и не
проанализировал его показания при
допросе от ***.12.2014, и из которых следовало, что нападавших он не видел,
и описать какие действия совершил каждый
из них, не мог. Его доводы о том, что данные показания были даны в связи с плохим самочувствием, являются обманом и не
подтверждаются другими доказательствами. Считает, что в правдивости первоначальных показаний в
части непричастности Алеева К.Н. к совершению преступления, не было оснований
сомневаться, поскольку они
подтверждались и первоначальными
показаниями А*** В.С. Полагает, что А*** В.С. и А*** А.С., изменив показания, оговорили Алеева К.Н. и по этой причине не
смогли конкретизировать его действия. Полагает, что с учетом удовлетворения
замечаний государственного обвинителя в части того, что А*** В.С. был ограничен
обзор, и он не видел, наносил ли Алеев К.Н. удары ногами по телу брату, суд
положил в основу приговора
противоречивые показания. Также считает,
что суд необоснованно взял за основу показания свидетеля Л*** Д.В., поскольку с
такого расстояния, как он указал, разглядеть
какие-либо действия невозможно в принципе. Нет данных и о том, что он находился в районе места
происшествия, а кроме того, он как и А*** В.С. учится в ***, и с ним знаком хорошо. Обращает внимание
на время
проведения допроса свидетеля С*** А.С.,
связывая его с тем, что семья А*** приняла решение изменить показания в
отношении Алеева и обвинить его в совершении преступления наряду с Зиннуровым и Яхиевым, а также на противоречия в его показаниях. Полагает,
что свидетель А*** С.Н. в судебном заседании также изменил показания в
части лиц, от которых ему стало известно
о совершении преступления. Считает, что из показаний свидетеля В*** В.В. можно
сделать вывод о том, что Алеев стоял на значительном расстоянии от лежащего на
земле А*** А.С. Полагает, что исходя из показаний свидетеля К*** Н.М., с учетом её зрения,
можно сделать только вывод о том, что она
не была очевидцем избиения. Считает, что исходя из схем нарисованных
потерпевшими и свидетелями, показаний Алеева о том, что он догонял А*** В.,
также можно сделать вывод о том, что он не наносил ударов А*** А.С. Обращает
внимание на то, что последний после случившегося доставлялся в самое отдаленное
лечебное учреждение в течении длительного времени, чему суд не дал никакой
оценки, а его показания о потере сознания, с учетом звонков с сотового телефона
и их локализации, времени, когда сделали
рентгеновские снимки, считает недостоверными. Полагает, что исходя из
полученных стороной защиты ответов на запросы
из ГУЗ ЦГКБ, официальной позиции этого учреждения, рентгеноснимок именно
А*** А.С. на основании которого постановлен диагноз: посттравматический
пневмоторакс, сделан не был. Обращает внимания на противоречия по повреждениям между освидетельствованием, проведенным А*** А.С. следователем ***.01.2015 и
заключением эксперта № *** от ***.01.15, которые не получили оценки суда, и что
данное заключение содержит существенные недостатки. Считает в целом правильными
выводы комиссионной судебно-медицинской
экспертизы, с учетом пояснений эксперта О*** А.А. в подтверждение чего в жалобе
приводятся его показания. С учетом его же показаний, выражает несогласие с
оценкой судом заключения комиссии экспертов № *** от ***.04.2015, которое не
было принято в качестве доказательства
по делу, а также заключений специалиста К*** С.Н., подтвердившего заключение
комиссионной судебно-медицинской экспертизы, а также его показаниям в судебном
заседании, и нарушение права на защиту при его допросе. Обращает внимание на
нарушения при проведении компьютерной томографии А*** А.С., которые ставят под
сомнение её объективность, а также
проведение её именно ему. Выражает
несогласие с выводами комиссии экспертов, изложенными в заключении от ***.08.2015,
приводя их в жалобе, давая им собственную оценку и считая, что они основаны на предположениях, экспертиза
проведена некомпетентными специалистами, без участия эксперта-криминалиста,
содержит ошибки, а сторона защиты была ограничена в вопросах эксперту Т***
И.А., к которым он не был готов. Также полагает, что были нарушены «Медицинские
критерии определения тяжести вреда здоровью» при определении тяжести вреда
здоровью. Полагает, что при таких обстоятельствах суд необоснованно отказал
стороне защиты в проведении комиссионной
(комплексной) судебно-медицинской экспертизы в государственном экспертном
учреждении. С учетом заключения экспертов от ***.08.2015 об одномоментности образования обнаруженных
повреждений у потерпевшего, считает, что
нельзя было привлекать к уголовной ответственности троих лиц. Обращает
внимание на то, что отсутствует информация о том, эксперт Р*** С.Д. прошел
обучение по специальности «компьютерная
томография», и данное заключение не установило причин возникновения
пневмоторакса, некоторые выводы носят предположительный характер. Выражает
несогласие с отклонением судом замечаний на протокол судебного заседания. Считает, что при рассмотрении дела имели
место существенное нарушение уголовного и уголовно-процессуального закона.
Просит приговор суда в отношении Алеева К.Н. отменить и вынести оправдательный приговор.
В апелляционной жалобе
адвокат Басманов А.Г. в
интересах осужденного Семьяннова И.Ю. не
соглашается с приговором суда, считая, что он вынесен судом с нарушением
требований уголовно-процессуального закона, так как в действиях осужденного
отсутствуют признаки преступления, предусмотренного ст.163 УК РФ. Считает, что
нарушены принципы всесторонности, беспристрастности и объективности судебного
разбирательства, равенства сторон. Предъявленное обвинение Семьяннову, Яфарову
и Зиннурову в вымогательстве денежных средств у А*** несостоятельно и
опровергается всеми материалами уголовного дела. Полагает, что во время допроса
в суде потерпевший А*** не подтвердил, что в отношении него было совершено
вымогательство или какое-либо преступление. При этом оценивая поведение
осужденных, А*** Р. сказал, что они пытались вернуть свои деньги. Обращает
внимание на наличие неотмененного постановления об отказе в возбуждении
уголовного дела по ст.126 УК РФ по факту вывоза потерпевшего из г.К*** в г.У***,
отсутствие заявления и воли потерпевшего на привлечение к ответственности, а
поэтому правоохранительные органы не вправе были решать вопрос о наличии
состава преступления в действиях Семьяннова И.Ю. При этом считает установленным
факт хищения денег самим А*** Р.А., и
что по делу не установлено, что с потерпевшим, кроме сына разговаривал
кто-либо из осужденных. Обращает внимание на то, что у А*** осужденные
требовали свои деньги. Считает, что А*** Р.А., исходя из употребления им
наркотических средств, мог дать лживые показания в суде, а показания осужденных
о том, что предложение позвонить отцу и
попросить передать 50 т.р. поступило
именно от него, считает правдивыми. Считает, установленным факт, что
лично Семьяннов не угрожал никому применением насилия, доказательств,
предварительного сговора не имеется. Просит отменить приговор суда и прекратить
уголовное преследование за отсутствием
состава преступления.
В апелляционной жалобе
адвокат Клементьев В.В. в интересах осужденного Яфарова М.Р. считает,
что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам
уголовного дела, установленным судом первой инстанции, приговор основан на
предположениях, доказательства причастности осужденного к совершению
преступления, отсутствуют. Полагает, что осужденный пытался вернуть свои деньги
в сумме 20 000 рублей, которые у него взял А*** Р.А., что также подтверждается
показаниями свидетеля Ш*** Н.Э., А*** А.К. и других. А*** Э.Э. опознала Яфарова
как человека, который требовал 20 000 рублей, а не 50, чему суд не дал должной оценки.
Судом не принято во внимание, что сам А*** Р.А. являлся наркоманом и его
показания основаны на лжи, он менял их, и
сам совершил преступление. А*** Р.А. и А*** Э.Э. указывают на наличие
телесных повреждений на теле А*** Р.А., что противоречит акту
освидетельствования. Если предположить,
что А*** Э.Э. кто-то звонил и требовал деньги, то в этом случае нельзя утверждать, что звонил
именно Яфаров М.Р. Из показаний потерпевшего А*** А.К. также нельзя сделать вывод, что с ним разговаривал Яфаров
М.Р. Сам А*** Р.А. пояснил, что он не слышал, что Семьяннов И.Ю. и Яфаров М.Р.
о чем-то договаривались. Вывод суда о том, что подсудимые после отправки А***
Р.А. давали указания потерпевшему каким образом необходимо передать денежные
средства, считает основанным на
предположении. Обращает внимание, что денежные средства у Яфарова М.Р. не
изымали, и доказательств того, что он требовал 50 000 рублей, не имеется. Более
того, в объем обвинения включены требование о передаче 50 000 рублей, без учета
того, что 20 000 рублей были денежными
средствами, которые неправомерно забрал
А*** Р.А. Считает, что указанные выше противоречия не были устранены в
судебном заседании, а совокупность
исследованных доказательств свидетельствует о непричастности осужденного, и в его деянии отсутствует состав преступления. Просит
отменить обвинительный приговор и постановить оправдательный.
В возражениях на апелляционные жалобы
потерпевшие А*** А.С. и А*** В.С. считают приговор суда законным и обоснованным, просят оставить его
без изменения, а жалобы без удовлетворения.
В судебном заседании апелляционной инстанции:
- осужденный Зиннуров Э.В., адвокаты
Неспай А.В. и Артемов А.С. доводы жалоб поддержали в полном объеме,
привели в обоснование аналогичные
доводы, указывая также на конкретизацию предъявленного обвинения по
вымогательству и его недоказанность, наличие неотмененного постановления об
отказе возбуждении уголовного дела по данному факту, нарушения закона при
изъятии и направлении на экспертизу медицинских документов; заинтересованность
потерпевших А*** в исходе дела: противоречия между доказательствами; отсутствие
оценки заключений специалистов, предоставленных стороной защиты;
- осужденный Яхиев Р.А. и
адвокат Костина Н.В. поддержали доводы жалоб, указав также на нарушения закона при
проведении предварительного слушания, немотивированное исключение судом части
повреждений у А*** А.С.;
- осужденный Алеев К.Н. и
адвокат Гораш Е.В. поддержали доводы жалоб, указав также на
нарушения закона и при проведении экспертизы № *** от ***.01.2015;
- осужденный Яфаров М.Р.
и адвокат Монахов Н.А. поддержали доводы жалобы, при этом
осужденный также просил заменить
назначенное наказание более мягким видом;
- адвокат Басманов А.Г. в интересах осужденного Семьяннова И.Ю. поддержал в полном объеме доводы своей
жалобы;
- прокурор Рябов И.В. и представитель потерпевших Шипков
С.В. обосновали несостоятельность доводов апелляционных жалоб и предложили
приговор суда оставить без изменения.
Проверив материалы дела, выслушав выступления
участников процесса, обсудив доводы
апелляционных жалоб и возражений на них,
судебная коллегия находит приговор суда подлежащим изменению.
Доводы стороны
защиты, аналогичные приведенным в апелляционных жалобах об отсутствии
событий и составов инкриминируемых
осужденным преступлений, недоказанности предъявленного обвинения,
противоречивости и недопустимости
представленных доказательств, тщательно проверялись судом первой
инстанции и вопреки доводам жалоб,
установленные судом первой инстанции
обстоятельства преступной деятельности осужденных, подтверждались
совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании.
По эпизодам
причинение тяжкого вреда здоровью А*** А.С., а также побоев
и угроз убийством А*** В.С.
Так, из показаний потерпевшего А*** В.С. следует, что ***.12.2014 в 14.15,
двигаясь на автомобиле «***» на полосе
встречного движения по ул.О***, увидел как двигался автомобиль «***» под
управлением Зиннурова Э.В. Поскольку
автомобиль мешал его движению, он-А***
В.С. остановился и развел руками, показывая что Зиннуров не прав и создал
аварийную ситуацию. После того, как автомобиль Зиннурова Э.В. поравнялся с ним,
осужденный стал выражаться нецензурно,
но он решил не связываться и продолжил движение, а автомобиль осужденного стал двигаться за ним. Он
позвонил брату А*** А.С., сообщив, что кто-то
его преследует, на что брат
сказал, что встретит его возле гаража. Подъехав к ГСК «***» он увидел
брата, и в это же время подъехал Зиннуров. После этого, как он поставил автомобиль в гараж и сообщил
брату о произошедшем, они направились в
сторону дома. Осужденный вышел из автомобиля и стал выражаться в их адрес
нецензурно, А*** А.С. показал Зиннурову удостоверение сотрудника полиции,
попросил успокоиться и вести себя спокойно. На что Зиннуров сказал: «с вами «мусорами»
надо разговаривать по-другому, сейчас приедут ребята и во всем разберутся». Не
желая связываться с осужденным, они направились в сторону дома к выходу из ГСК.
Видя это, осужденный сел за руль своего автомобиля и попытался сбить их с ног.
Они успели отскочить от автомобиля, однако Зиннуров попытался второй раз сбить
их, но им также удалось отскочить. На третий раз Зиннуров отъехал назад и резко
направил автомобиль на них. Он отскочил от автомобиля, а А*** А.С. не успел, в
связи с чем автомобиль ударил передним бампером по ногам брата, сбив с ног. От
удара брат упал на капот автомобиля, и когда
находился на нем, Зиннуров направил автомобиль вперед и «впечатал» А***
А.С. в сугроб. Около минуты автомобиль Зиннурова «газовал» вперед с целью
придавить А*** А.С., последний кричал, просил отъехать. После этого, Зиннуров,
увидев прохожих, отогнал автомобиль и выехал с территории ГСК. После того, как
он помог брату встать, и они пошли домой, при этом брат хромал на одну ногу.
Когда выходили из ГСК, Зиннуров крикнул, чтобы никуда не уходили, сейчас
подъедут ребята и все объяснят. Не желая связываться, они пошли в сторону
своего подъезда, а осужденный медленно поехал за ними. Подойдя к подъезду, они
решили не заходить, чтобы не показывать Зиннурову свое место жительства. Через
20-30 секунд подъехал автомобиль «***», из которого вышел ранее неизвестный
Алеев К.Н. Последний и Зиннуров о чем-то переговорили. После этого оба подошли
к А*** А.С., при этом Зиннуров продолжал вести себя агрессивно, выражался в их
сторону нецензурной бранью. Затем к подъезду подъехал автомобиль «***» белого
цвета из которого вышел ранее незнакомый Яхиев, и, держа в руке пистолет,
похожий на травматический пистолет «***», находясь на расстоянии около 2
метров, направил его ему в голову и
закричал нецензурно: «Беги, а то убью». Он испугался за свою жизнь. В это же
время Зиннуров, находясь слева, резко приблизился и правым кулаком нанес сильный
удар в область лица А*** В.С., от которого он, почувствовав физическую боль,
упал на правый бок. После чего Зиннуров нанес не менее пяти ударов ногами в
область спины и ног, от которых он почувствовал физическую боль. Находясь на
земле, увидел, как Яхиев, подойдя к брату сзади, нанес правой рукой удар по
затылку А*** А.С. После того, как удары со стороны Зиннурова прекратились, он
начал вставать с земли, увидел, как Зиннуров, Алеев и Яхиев ногами бьют
лежащего на земле брата по туловищу и голове. Он видел, что подсудимые нанесли
около 15 ударов. Он также увидел в руках Зиннурова травматический пистолет «***»,
который принадлежал брату. Зиннуров увидев, что он-А*** В.С. встает, направил в
его сторону пистолет и прокричал нецензурно: «Беги, а то убью» и побежал на него.
Испугавшись за свою жизнь, побежал в сторону соседнего подъезда, где увидел
знакомого В*** и стал просить о помощи. Когда он и В*** бежали к брату, он-А***
В.С. услышал хлопок и увидел, что Зиннуров, Алеев и Яхиев продолжают наносить А***
А.С. удары ногами, при этом Зиннуров в руках держал пистолет, который был
направлен в сторону лежащего брата. Подбегая, В*** стал кричать, чтобы они
прекратили свои действия, после чего осужденные
перестали избивать А*** А.С. Он и
В*** подняли А*** А.С. и отвели его в квартиру. Затем В*** передал ему
травматический пистолет брата, сказав, что его дал один из нападавших.
Данные показания потерпевший А*** В.С. подтверждал и в ходе
очных ставок с осужденными Зиннуровым
Э.В., Яхиевым Р.А. и Алеевым К.Н.,
указывая, в том числе, на их участие в избиении брата, а ранее, согласно
протоколам, опознал, Зиннурова Э.В., Яхиева Р.А., как участников избиения
брата.
В ходе проверки показаний на месте, А*** В.С. показал, как
причиняли телесные повреждения брату, указывая, что осужденные при этом
перемещались.
Подтвердив данные показания в ходе судебного заседания,
потерпевший А*** В.С. уточнил, что не видел, наносил ли Алеев К.Н. удары ногами
по телу брата, поскольку его обзор был ограничен, однако по движению тела осужденного, характерных при нанесении ударов
ногами, сделал вывод, что он также наносил удары.
Аналогичные в целом показания были даны и потерпевшим А***
А.С., из которых также следует, что после того, как Зиннурову удалось сбить его
автомобилем, от удара бампером по голеням ног он испытал сильную физическую
боль и упал на капот. Когда с братом подошли к подъезду своего дома, во двор
въехал автомобиль «***», из него вышел
Алеев К.Н., а также подошел Зиннуров. В это время во двор заехал автомобиль «***»
из него выбежал Яхиев Р.А., который, держа в руке травматический пистолет «***»,
с близкого расстоянии направил его в голову А*** В.С. и нецензурно закричал:
«Беги, а то убью». В это же время Зиннуров с силой нанес удар кулаком в голову
А*** В.С., от которого тот упал на землю, после чего нанес не менее трех ударов
ногами по его телу. Практически в это же время Яхиев Р.А. нанес ему удар
кулаком в область головы, от которого он упал, после этого Зиннуров, Алеев и
Яхиев стали наносить ему удары ногами в область головы, спины и груди, нанеся
не менее пяти ударов каждый. Потом кто-то из нападавших поднял с земли выпавший
у него травматический пистолет, и после слов: «Мочи его» прозвучал выстрел, он
почувствовал сильную боль в области затылка и потерял сознание. Во время
избиения, он перекатывался из стороны в сторону, пытаясь сгруппироваться и
закрыть жизненно важные органы. При этом
видел и чувствовал, что избивали его трое, каждый из них наносил удары в
область туловища.
В ходе проверки показаний на месте А*** А.С. воспроизвёл
обстоятельства произошедшего и дал аналогичные показания в ходе проведения
очных ставок с осужденными Зиннуровым Э.В., Яхиевым Р.А. и Алеевым К.Н. подтвердил их, указывая на
конкретные действия каждого из осужденных, а ранее также опознал по фотографии
Зиннурова Э.В. и Яхиева Р.А., как участников избиения.
Вопреки доводам жалоб, проанализировав и приведя в приговоре вышеуказанные и другие показания потерпевших:
А*** А.С. и А*** В.С., данные ими в ходе предварительного следствия, суд первой
инстанции обоснованно признал их достоверными и
допустимыми доказательствами, поскольку в целом они были
последовательными, не содержали существенных противоречий между собой, с ранее данными показаниями по
значимым для решения вопроса о виновности всех осужденных обстоятельствам.
Суд
первой инстанции также пришел к
правильному выводу о том, что приведенные показания потерпевших опровергают
доводы осужденных о несовершении ими инкриминируемых преступлений. Каких-либо
оснований к оговору осужденных потерпевшими, по указанным в жалобах доводам,
судом первой инстанции не установлено, не усматривает их и судебная коллегия.
При этом суд с приведением убедительной мотивации указал, по
каким причинам он берет за основу не первоначальные, а дальнейшие показания, поскольку потерпевшие указали
причины, по которым на следующий день после произошедших событий не давали
подробных показаний обстоятельств произошедшего.
При этом суд в приговоре привел и проанализировал все
показания потерпевших, в том числе и те на
которые ссылается и сторона защиты в своих жалобах.
То обстоятельство, что потерпевший А*** В.С. в судебном заседании несколько
изменил свои показания в сторону смягчения вины Алеева К.Н., само по себе не
свидетельствует о недостоверности ранее данных им показаний, поскольку они давались
им неоднократно, подтверждались в ходе
очных ставок с осужденными и при их проверке на месте, а поэтому данные
показания обоснованно были приняты во
внимание, и учитывались судом при вынесении приговора.
Доводы жалоб, что потерпевшие не могли видеть кто конкретно
их избивал, неубедительны, и опровергались их показаниями, воспроизведенными и
в ходе проверок показаний на месте.
Кроме показаний потерпевших А*** А.С. и В.С. вина осужденных
подтверждалась исследованными и
приведенными в приговоре свидетельскими показаниями.
Так, свидетель Л*** Д.В
показывал, что ***.12.2014 около 15 часов находясь на улице, он услышал, а затем
увидел, как между подъездами № *** и № *** дома № *** по пер. Р***, около
заднего колеса автомобиля «***» двое мужчин:
один высокого, а второй низкого роста, избивали лежащего на земле
человека, нанося удары ногами в область груди и живота. Он видел не всё тело
потерпевшего, а только часть – немного выше живота, то есть часть груди, шею и
голову потерпевшего, он не видел. Избиение продолжалось около 30 секунд. Каждый
нанес не менее 5-6 ударов ногами. После этого услышал звук выстрела и увидел,
как в сторону подъезда № *** от автомобиля «***» с криком:«Не трогайте» убегает
парень, а следом за ним шел парень высокого роста, который до этого избивал
лежавшего около машины человека, держа в руке пистолет. Высокий парень дошел до
второго подъезда развернулся и пошел обратно. Когда высокий парень подошел к
месту избиения, то он услышал фразу: «Ты зачем ствол достал». После этого,
мужчина низкого роста сел за руль автомобиля «***», а высокий подошел к
автомашине серебристого цвета и вступил в словесную перепалку с жильцом этого дома, а затем сел за руль и уехал.
Третьего человека, который принимал участие в избиении, он не видел. Третью
автомашину также не видел. Если бы третий нападавший во время избиения стоял
ближе к передней двери автомобиля «***», он бы его не увидел, поскольку его бы
полностью закрывал этот автомобиль. Высокий парень был одет в куртку бежевого
цвета, а низкорослый в куртке синего цвета.
В ходе проведения проверки показаний свидетель Л*** Д.В.
воспроизвел обстоятельства нападения на А*** А.С. и продемонстрировал, с какого
места наблюдал за избиением. При этом было установлено, что с места указанного
им можно увидеть у подъезда № *** лежащего на земле человека. Во время избиения
он не видел А*** В.С., а также третьего избивавшего человека. Кроме того, в ходе следственного действия статист вставал у заднего
колеса автомобиля «***», и было установлено, что с места, с которого свидетель
наблюдал за происходящим, не было видно этого статиста, поскольку корпус
автомобиля с затемненными стеклами по высоте полностью перекрывал его.
Свидетель К*** Н.М.
показывала, что ***.12.2014 около 15 часов из окна своей квартиры видела, как во дворе около автомашины белого
цвета, лежал мужчина, рядом с которым стояли трое, один из которых в светлой
одежде, второй и третий в темной. Ей показалось, что они избивают лежащего
мужчину. Открыв окно, она стала кричать, чтобы прекратили избиение иначе она
вызовет полицию. Один из этой группы парней подошел ко второму подъезду и
сказал: «Вызывайте полицию» и ушел обратно к той же группе людей. После этого,
двое мужчин в темной одежде, взяли избитого под руки и увели.
Свидетель П*** В.А. показал, что ***.12.2014 он услышал звук
выстрела и крики: «Ты зачем ствол достал». В это же время из окна второго
подъезда кричала женщина. Также увидел, что около подъезда дома стоит
автомобиль «***» из-за которого выбежал молодой парень, он просил о помощи и
вызове полиции. Этот парень подбежал к мужчине, которому стал что-то объяснять.
После этого, этот мужчина побежал в сторону 4-5 подъездов и закричал: «Что вы
делаете», после этого автомобиль «***» уехал со двора.
Свидетель В*** В.В. показал, что в вышеуказанное время сначала услышал шум борьбы и крики, а затем
хлопок, которым мог быть звук выстрела из пистолета. После чего обратил внимание на пятерых парней, которые
находились на проезжей части перед ***-м подъездом дома. Потом от этой группы
отделился один парень и побежал к нему навстречу, за ним побежал другой. В
первом парне узнал А*** В.С., а который побежал за ним был Зиннуров Э.В. Он направился в сторону
парней, и крикнул, чтобы прекратили. А*** В.С. подбегая, стал просить о помощи,
указывая, что у парней имеется пистолет. Подойдя, увидел, что напротив ***-го
подъезда стоит автомобиль «***» около заднего левого колеса на земле сидел А***
А.С., у которого лицо было в крови, он помог подняться ему, видел, что по шее
текла кровь. После этого один из трех парней уехал на автомобиле «***». Второй из
трех парней куда-то ушел. В итоге остался только Зиннуров в светлой куртке,
который стал объяснять произошедшее. А*** А.С. спросил, где находится его
пистолет, который Зиннуров взял с крыши своего автомобиля и передал его.
Свидетель С*** А.С. показал, что ***.12.2014 в 14 час. 50
мин. ему позвонил А*** В.С. и пояснил, что его преследовал неизвестный парень
на автомобиле «***», он и его брат - А*** А.С. находятся во дворе своего дома,
спросил, что им делать, и может ли он, помочь. После этого по телефону стал
разговаривать А*** А.С., который сообщил, что во двор их дома заехал автомобиль
«***», из которого вышел парень и стал выражаться в их адрес нецензурно. Когда
он, А*** А.С., представился сотрудником полиции и показал свое служебное
удостоверение, то водитель автомобиля «***» сел за руль своего автомобиля и
наехал на него. Затем С***, услышал в трубке посторонние мужские голоса,
которые говорили в грубой форме, на повышенных тонах, после чего разговор
прервался. Через некоторое время снова дозвонился до А*** В.С., который сказал,
что А*** А.С. сильно избили трое парней, стреляли из пистолета, что ему плохо и
его собираются везти в больницу.
Свидетель А*** С.Н. – отец потерпевших, показывал, что ***.12.2014
около 16 часов ему позвонил В*** В.В. и
сообщил, что неизвестные парни избили его сыновей. Проверив машины по
регистрационным учетам узнал, что автомобиль «***» зарегистрирован на Я***
А.А., а «***» на З*** Л.К. Когда
вернулся в г. У***, то со слов сына - А*** В.С. стало известно, об обстоятельствах совершения преступлений в
отношении них, в том числе об избиении
Зиннуровым, Яхиевым и Алеевым его сына А***
А.С. При этом в руках у Зиннурова был травматический пистолет, который
принадлежал его сыну и которым он угрожал А*** В.С., и нанес несколько ударов
руками в область лица.
Вопреки доводам жалоб, суд первой инстанции в приговоре дал
подробный анализ и оценку показаниям свидетелей по делу, в том числе данных ими
на предварительном следствии, и пришел к правильному выводу, что в целом они
непротиворечивы, согласуются между собой и с иными исследованными по делу
доказательствами, подтверждаются ими, а незначительные противоречия в
показаниях обусловлены их субъективным восприятием произошедших событий,
обстоятельствами наблюдения за конфликтом, что
не ставят под сомнение достоверность этих показаний. Давая оценку данным показаниям, судебная коллегия
отмечает, что в основном их показания стабильны и подтверждены другими
доказательствами по делу. При этом оснований, считать, что вышеуказанные
свидетели оговорили осужденных или заинтересованы в незаконном осуждении
последних, также не было установлено.
Кроме того, вина осужденных Зиннурова Э.В., Алеева К.Н. и
Яхиева Р.А. в совершении вышеуказанных преступлений подтверждалась и иными
исследованными доказательствами:
Протоколами осмотров мест происшествий, согласно которым на
территории ГСК «***» обнаружено служебное удостоверение А*** А.С., а напротив
подъезда № *** дома № *** по пер. Р*** обнаружены пятна крови, а также гильза ***,
в квартире № *** изъят травматический пистолет «Гроза ***». В помещении
больницы изъята резиновая пуля,
извлеченная из головы А*** А.С.
Согласно протоколам выемки
были изъяты, в том числе куртка А***
А.С. с капюшоном, имеющим повреждение в
виде отверстия, у Яхиева Р.А. -
травматический пистолет ***
Согласно разрешениям на хранение и ношение оружия на имя А***
А.С. зарегистрирован травматический пистолет «***» *** ***., на имя Яхиева Р.А.
- травматический пистолет ***
Из заключений баллистических экспертиз следует, что
обнаруженное сквозное повреждение на капюшоне куртки принадлежащей А*** А.С.,
вероятно относится к разряду огнестрельных, и могло образоваться в результате
прохождения снаряда через материал куртки в результате выстрела из
огнестрельного оружия ограниченного поражения снарядом (резиновой пулей),
изъятой ***12.2014. Пистолет «***»
относится к гражданскому огнестрельному оружию ограниченного поражения,
изготовлено заводским способом, исправно и пригодно для производства выстрелов
патронами травматического действия калибра *** Выстрелы после последней чистки
из него производились. Представленная гильза, является частью пистолетного
травматического патрона с резиновой пулей калибра *** а резиновая пуля,
является частью пистолетного травматического патрона с резиновой пулей калибра ***
предназначенного для использования, в том числе в модели пистолета ***
Заключением генетических экспертиз установлено, что кровь,
обнаруженная в ходе осмотра автомобиля «***» и у подъезда дома произошла от А*** А.С.
Согласно заключению амбулаторной медицинской судебной
экспертизы на теле потерпевшего А*** В.С. обнаружено телесное повреждение в
виде *** Данный *** не расценивается как повреждение причинившее вред здоровью
согласно Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного
здоровью человека.
Вопреки доводам жалоб, суд первой инстанции,
проанализировав представленные сторонами
судебно-медицинские экспертизы и другие доказательства, пришел к правильному
выводу, что действиями осужденных
потерпевшему А*** А.С. был причинен именно тяжкий вред здоровью.
Так, из заключения амбулаторной медицинской судебной
экспертизы № *** от ***.01.2015 следует, что у данного потерпевшего обнаружены
телесные повреждения: *** легочной плевры правого легкого с развитием
посттравматического правостороннего пневматоракса (воздух в плевральной полости),
*** которые в комплексе одной травмы причинили тяжкий вред здоровью по признаку
опасности для жизни; *** причинившая легкий вред здоровью по признаку
кратковременного расстройства здоровья; *** причинившие в комплексе одной травмы легкий вред здоровью
по признаку кратковременного расстройства здоровья. Кроме того, ***
расценивающиеся как повреждения, не причинившие вреда здоровью. Все
перечисленные выше повреждения могли образоваться ***.12.2014.
Заключением повторной комплексной медицинской судебной
экспертизы от ***.08.2015 также установлено, что у А*** А.С. имелись телесные
повреждения: *** правосторонний пневмоторакс, *** которые в комплексе одной
травмы причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;
*** причинившая легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства
здоровья;
*** причинившие в
комплексе одной травмы легкий вред здоровью по признаку кратковременного
расстройства здоровья;
*** расценивающиеся как повреждения, не причинившие вред
здоровью согласно Медицинским критериям определения степени тяжести вреда
здоровью человека.
*** у А*** А.С. образовалась в результате воздействия
тупого твердого предмета (предметов), что
подтверждается морфологической сущностью повреждений (***) и *** их
характером.
Преимущественными направлениями травмирующих воздействий, с
учетом мест их приложения, а также конфигурационных особенностей травмированных
областей и морфологической сущности повреждений, были (при условии правильного
вертикального положения тела): ***
Видом травмирующего воздействия, причинившего повреждения
(за исключением ***) А*** А.С., был удар, на что указывают односторонность
приложения травмирующей силы для каждого отдельно взятого повреждения,
центростремительное направление вектора ее воздействия.
Ссадины могли образоваться как в результате трения, так и
сочетания удара и трения, о чем свидетельствует их морфологическая сущность и
наличие *** в соседних областях на отдельных частях тела.
*** пострадавшего, наиболее вероятно, причинены в результате
2-х и более травмирующих воздействий тупого твердого предмета (-ов) с
ограниченной травмирующей поверхностью, что подтверждается количеством мест
приложения травмирующей силы, с учетом, что *** является относительно ***, а
также локальным характером ссадин. Не исключено образование *** и от одного
травмирующего воздействия ограниченной либо широкой поверхности при условии его
касательного (скользящего) нанесения и смещения ***
*** причинены ограниченной поверхностью тупого твердого
предмета (-ов), что подтверждается ограниченным характером ***, расположением ***
в результате 1 и более ударов, на что указывает количество мест приложения
травмирующей силы, с учетом соседней локализации ***
*** могли образоваться как от воздействия (-ий) ограниченной
травмирующей поверхности (-ей), так и неограниченной, на что указывают
локализация повреждений на выступающих участках, в т.ч. смежных, что не
исключает их причинения от однократного воздействия.
*** образовались не менее чем от 5 ударов ограниченной поверхности
тупого твердого предмета (-ов) - 2 справа, 3 слева - на что указывают локальный
характер повреждений, их расположение на относительно западающих поверхностях ***,
при отсутствии повреждений смежных выступающих участков.
Огнестрельное ранение
*** могли быть причинены ***.12.2014.
Правосторонний пневмоторакс у А*** А.С. развился в
результате одного и более травмирующих воздействий тупого твердого предмета
(-ов) с ограниченной поверхностью по задней поверхности грудной клетки.
Правосторонний посттравматический пневмоторакс, *** могли
образоваться одномоментно в едином комплексе тупой травмы груди.
*** у А*** А.С. объективно подтверждается совокупностью клинических признаков, могло
быть получено пострадавшим от совокупного воздействия тупого твердого предмета,
причинившего *** и травмирующего воздействия огнестрельного снаряда (пули) в
затылочную область. При этом ранение затылочной области А*** А.С. могло быть причинено одним
выстрелом из гражданского огнестрельного оружия ограниченного поражения – резиновой
пулей из пистолета ***, обнаруженной в раневом канале.
Учитывая механизм причинения повреждений А*** А.С., их
давность комиссия экспертов считает, что все они могли быть получены при
обстоятельствах и во время ***.12.2014),
указанных потерпевшим А*** А.С. при допросе в качестве потерпевшего ***.12.2014,
при дополнительном допросе в качестве потерпевшего ***.01.2015 и при проведении
с его участием проверки показаний на месте ***.01.2015, а также указанных потерпевшим А*** В.С. при допросе его
потерпевшим ***.12.2014, при допросе в качестве свидетеля ***.01.2015 и при
проведении с его участием проверки показаний на месте ***.01.2015.
Кроме того, нельзя исключить, что *** обнаруженные на
голенях А*** А.С., могли быть причинены
в результате наезда (наездов) и удара (ударов) передним бампером
автомобиля «***» под управлением
Зиннурова Э.В., так как повреждения (***) передних поверхностей голеней в
средней трети и на границе ее с верхней третью, часто встречаются при первичных ударах бампером легковых
автомобилей при фронтальном столкновении с пешеходами.
Также комиссия экспертов утверждает, что изображения
костного каркаса грудной клетки представленных на исследование рентгенограмм от
***.12.2014. ***.12.2014, ***.01.2015 и ***.03.2015 являются с высокой долей
вероятности изображениями скелета одной личности, которой мог быть А*** А.С.
При этом указано, что рентгенограммы грудной клетки от ***.12.2014,
***.12.2014 и ***.01.2014 имеют соответствующие изображения костных образований
сходные между собой и соответствующими изображениями рентгенограммы от ***.03.2015
по анатомо-морфологическим признакам своего нормального строения. Вышеуказанные
рентгенограммы имеют также совпадающие по количеству (3) и локализации ***.
Кроме того, исследованные компьютерные томограммы от ***.05.2015, заполненные
на имя А*** А.С., имеют травматические изменения ***, соответственно, ***
достоверно не визуализируется (данное противоречие при сравнении с
травматическими изменениями рентгенограмм является объяснимым и может быть
обусловлено непопаданием *** в оптимальном ракурсе в срез).
Учитывая механогенез повреждения ***, возникновение посттравматического
правостороннего пневмоторакса у А*** А.С. без повреждения целостности
реберного каркаса не исключается.
Объективные клиническо-морфологические (интраоперационная
визуализация), рентгенологические и УЗИ данные «разрыва ткани, легочной плевры
правого легкого» в представленных медицинских документах отсутствуют.
Допрошенный в ходе судебного заседания в качестве эксперта Т***
И.А. показал, что совместно с Р*** С.Д., М*** В.Ю. и М*** С.А. на основании
постановления следователя проводил вышеуказанную экспертизу. В заключении
ошибочно указано, что постановление следователя поступило ***.06.2015,
поскольку постановление о назначении экспертизы, а также материалы уголовного
дела были переданы ему следователем ***.05.2015. При этом на стр. 47 заключения
имеется явная техническая описка в части изложения мест приложения травмирующих
воздействий. Так часть фразы из абзаца «на голове» оказалась в абзаце,
начинающегося со слов «-на груди». Правильным следует читать:
«- на голове: ***;
- на груди: ***
Вопреки приводимым доводам,
оснований ставить под сомнение
обоснованность выводов проведенной экспертизы, равно как и достоверность
показаний самого эксперта, сомневаться в его компетентности, у суда первой
инстанции не имелось.
Кроме
того, ссылка в жалобах на предположительность выводов экспертизы,
противоречия и не подтверждения
сделанных выводов показаниями свидетелей, частью медицинских документов, не
ставит под сомнение достоверность и допустимость проведенного экспертного
исследования, поскольку оно, равно как показания самого эксперта, подлежат
оценке в совокупности со всеми собранными по делу доказательствами.
Судом первой
инстанции проверялись доводы адвокатов о том, что вышеуказанные
судебно-медицинские экспертизы в
отношении потерпевшего А*** А.С. являются недопустимыми доказательствами, и они
получили надлежащую оценку в приговоре и
обоснованно признаны несостоятельными.
Доводы жалоб о нарушениях закона при назначении и производстве повторной комиссионной
судебно-медицинской экспертизы от ***.08.2015 тоже были предметом
обсуждения и проверки суда первой
инстанции.
Согласно статье 57
УПК РФ, экспертом является лицо,
обладающее специальными знаниями и назначенное в порядке, установленном
настоящим Кодексом, для производства судебной экспертизы и дачи заключения. В
силу ч.4. ст.199 УПК РФ, если судебная экспертиза производится вне экспертного
учреждения, то следователь вручает постановление и необходимые материалы
эксперту и разъясняет ему права и ответственность, предусмотренные статьей 57
УПК РФ.
Вопреки приводимым доводам, производство вышеуказанной
экспертизы лицами, не являющимися судебно-медицинскими экспертами, а назначенными для её проведения лицами,
само по себе не может служить достаточным
основанием для признания их выводов недопустимыми доказательствами.
Как следует из материалов дела, проведение данной экспертизы
было поручено доктору медицинских наук, профессору Т*** И.А., который по
указанию следователя сформировал состав комиссии. При этом следователь
предоставил экспертам все необходимые для производства экспертизы материалы
дела, сам назначил экспертами лиц, проводивших экспертизу, установив личность
каждого из них проверил их документы, разъяснял каждому эксперту права и
предупредил об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения,
что подтверждается подписями в соответствующих документах и показаниями
следователя Х*** С.В., согласующимися и
с показаниями Т*** И.А.
Учитывая назначение и производство экспертиз по данному
уголовному делу в соответствии с требованиями норм уголовно-процессуального
закона, суд не имел оснований для исключения вышеуказанных заключений из числа
доказательств по делу по приводимым доводам стороны защиты.
Данным заключениям экспертов дана надлежащая оценка в
совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами.
Выводы экспертов понятны, аргументированы и научно обоснованны, они
мотивированно отвечают на поставленные перед ними вопросы. Данные выводы, равно
как и компетентность самих экспертов, каких-либо сомнений не вызывает, а
утверждения стороны защиты о заинтересованности экспертов и следователя в получении указанных
результатов, не имеют своего объективного подтверждения.
Вопреки
утверждениям стороны защиты, и как следует из заключения комиссионной
экспертизы от ***.08.2015, она также
подтвердила первоначальный вывод, приведенный в заключение эксперта № *** от ***.01.2015 о том, что *** причинила в
комплексе одной травмы тяжкий вред
здоровью потерпевшему А*** А.С.
То обстоятельство, что при проведении повторной экспертизы,
комиссия указала на то, что объективные клиническо-морфологические
рентгенологические и УЗИ данные «разрыва ткани, легочной плевры правого
легкого» в представленных медицинских документах отсутствовали, и только
в ходе её проведения было
установлено наличие *** у А*** А.С., само по себе не свидетельствуют о
невозможности использования судом данных
экспертных исследований при оценке
степени тяжести вреда здоровью.
При
этом из заключений экспертиз однозначно следует, что обнаруженный у А*** А.С.
пневмоторакс, наличие которого подтверждалось и заключением экспертизы № *** от
***.04.2015, проведенной комиссией экспертов УОБСМЭ под руководством О*** А.А.,
является посттравматическим, и мог
образоваться при обстоятельствах,
описываемых данным потерпевшим, то есть при его избиении осужденными, и его образование находится в прямой
причинной связи с этим избиением.
Доводы
жалоб, в которых со ссылкой на показания эксперта О*** А.А. указываются на
гипотетический характер образования пневмоторакса при иных жизненных ситуациях,
не установленных при расследовании настоящего дела, а равно при наезде на А*** А.С. автомобилем под управлением Зиннурова
Э.В. (на территории ГСК) с последующими падением на его капот, либо падением на плоскость, также являются неубедительными. Они не ставят под
сомнения выводы вышеуказанной экспертизы, поскольку в распоряжение комиссии
экспертов г.С*** были представлены и дополнительные
материалы, которых не было при проведение экспертизы под руководством О*** А.А.
При
этом из показаний потерпевшего А*** А.С. усматривается, что ухудшение здоровья,
боли в груди, затруднения при дыхании, наступили именно после КНР избиения осужденными, а не при наезде автомобиля либо ином падении.
То обстоятельство, что в распоряжение экспертов не был
представлен протокол освидетельствования А*** А.С. от ***.01.2015, также не
свидетельствует о необоснованности данного заключения, так как было предоставлено
заключение эксперта № *** от ***.01.2015.
При проведении данной экспертизы эксперт К*** Н.Ю. сама ***.01.2015
непосредственно освидетельствовала потерпевшего в торакальном отделении больницы
и описала обнаруженные ею повреждения.
Каких-либо оснований считать, что не отражение части
повреждений у А*** А.С. при его освидетельствовании ***.01.2015 могло повлиять на
правильность выводов экспертизы,
проведенной экспертом К*** Н.Ю., равно и повторной экспертизы от ***.08.2015,
не имеется, равно как и неустановленно данных о
какой-либо фальсификации
материалов дела.
При этом суд первой инстанции сделал правильный вывод о том,
что технические опечатки в заключении экспертизы от ***.08.2015 о чем указал,
допрошенный в судебном заседании эксперт Т*** И.А., в части изложения мест
приложения травмирующих воздействий, а также даты поступления постановления о
назначении экспертизы и начала производства экспертизы, не свидетельствуют о
недостоверности самих выводов
экспертизы.
Вопреки
доводам жалоб, представленные стороной защиты заключения специалиста К*** С.Н.,
а также его показания, не дают оснований ставить под сомнение выводы
проведенных на стадии предварительного расследования судебно-медицинских
экспертиз. Указанные выше доказательства защиты получили надлежащую оценку, их
проверка произведена судом в соответствии со ст. 87 УПК РФ, путем сопоставления
с другими имеющимися в деле доказательствами.
Суд
обоснованно указал на проведение специалистом исследования без учета всех
обстоятельств дела, по документам, представленным адвокатом в объеме по его
усмотрению. При этом сведения, сообщенные им в ходе допроса в судебном
заседании, представляют собой также и изложение его субъективной оценки
заключений судебно-медицинских экспертиз. Между тем вопросы относимости, допустимости и
достоверности доказательств в соответствии со статьями 87 и 88
УПК РФ относятся исключительно к компетенции суда, рассматривающего дело.
При этом виновность осужденных Зиннурова Э.В., Яхиева Р.А. и
Алеева К.Н. подтверждена также и иными
свидетельскими показаниями, протоколами следственных действий, вещественными и
другими доказательствами, которые изложены в приговоре, согласуются между собой
и с показаниями свидетелей по фактическим обстоятельствам дела, дополняют друг
друга и не содержат существенных противоречий, в связи с чем, правильно
признаны судом относимыми и допустимыми доказательствами, и обоснованно
учтены при вынесении приговора.
Таким образом, и вопреки доводам жалоб, тщательный анализ и
основанная на законе оценка вышеуказанных и других подробно приведенных в
приговоре доказательств, а также доказательств и доводов стороны защиты,
позволили суду правильно установить фактические обстоятельства совершенных
Зиннуровым Э.В., Яхиевым Р.А. и Алеевым К.Н.
преступлений и прийти к обоснованному выводу о доказанности
их вины в содеянном.
Судебная коллегия находит приведенные судом первой инстанции
в приговоре мотивы оценки доказательств убедительными, и какие-либо не
устраненные существенные противоречия в них, требующие истолкования в пользу полного оправдания
осужденных, по делу отсутствуют.
Вопреки доводам жалоб, правовая оценка действий Зиннурова Э.В., Яхиева Р.А. и Алеева
К.Н. по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, как
умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека,
совершенного группой лиц, действий Зиннурова Э.В. по ч.1 ст.116 УК РФ, как
нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий,
указанных в ст.115 УК РФ, а также действий его и Яхиева Р.А. по ч.1 ст.119 УК
РФ, как угроз убийством, если имелись
основания опасаться осуществления этих угроз, судом дана правильно, выводы суда в этой части
мотивированы надлежащим образом, и
правильность данных квалификаций сомнений у судебной коллегии не вызывает.
Судебная коллегия не может согласится с доводами стороны
защиты о том, что все осужденные не
могут нести ответственность за
причинение тяжкого вреда здоровью
А*** А.С., с учетом того,
что им инкриминировалось нанесение
ударов по его груди, тогда как
правосторонний пневмоторакс у А*** А.С.
мог развиться в результате одного
и более травмирующих воздействий по задней поверхности грудной клетки, а, кроме
того, учитывая, что переломы правых ребер и кровоподтеки задней
поверхности груди могли образоваться одномоментно в едином комплексе тупой
травмы груди.
В судебном
заседании было установлено, что на почве возникшей ссоры и неприязненных отношений
все осужденные участвовали в избиении
потерпевшего А*** А.С. При этом, они
наносили ему многочисленные удары в область головы и груди, осознавая,
что действуют совместно, с единой целью, в составе группы лиц, каждый при этом
явился соисполнителем преступления, выполнив все действия, входящие в
объективную часть данного преступного деяния и причинив совместными действиями ***,
носящую признаки тяжкого вреда здоровью, а также ***, не расценивающиеся как
вред здоровью. В связи с этим выводы суда первой инстанции о
взаимообусловленном характере действий осужденных и квалификации их действий,
как умышленного причинения тяжкого вреда здоровью совершённого группой лиц,
является правильной.
При этом, как было
отмечено выше, правосторонний посттравматический пневмоторакс у А*** А.С. мог
развиться в результате более чем одного травмирующего воздействия тупого
твердого предмета, а поэтому возможность
его одномоментного образования в комплексе ***, не свидетельствует о том, что он образовался только от одного
воздействия, с учетом установленных судом обстоятельств нанесения потерпевшему многочисленных ударов ногами.
Кроме того, как
следует из материалов дела, осужденным
инкриминировалось нанесение ударов
по груди А*** А.С. в значении его грудной клетки - части
туловища потерпевшего, которая соответственно имеет заднюю поверхность, а поэтому приведенные
доводы, что осужденным было предъявлено
ненадлежащее обвинение, являются неубедительными, и не ставят под сомнения
законность постановленного приговора.
Также судом достоверно установлено, что именно осужденный
Зиннуров Э.В. нанес с силой потерпевшему
А*** В.С. удар рукой в область головы, от которого тот упал на землю, а затем
стал избивать его ногами, нанеся в область спины и ног не менее 5 ударов,
причинив физическую боль и ***, который расценивается как повреждение, не
причинившее вреда здоровью.
Действия Зиннурова
Э.В. и Яхиева Р.А., связанные с
демонстрацией травматического оружия
и высказыванием угроз убийством А***
В.С., которые он воспринял реально и
опасался их осуществления, также обоснованно были квалифицированы по ч.1 ст.119
УК РФ.
Доводы жалобы, что данные составы преступлений отсутствуют
ввиду того, что оружие являлось травматическим, не убедительны.
Как следует из материалов дела, оружие демонстрировалось на близком расстоянии от потерпевшего,
поведение осужденных также объективно свидетельствовали о реальности
высказанных угроз убийством, что подтверждалось и субъективным их восприятием потерпевшим А*** В.С.
Кроме того, согласно исследованного судом первой инстанции
руководства по эксплуатации оружия самообороны «***», запрещается стрелять из
него с расстояния менее одного метра, так как это может привести к тяжким
телесным повреждениям, а неосторожное обращение с ним может привести к тяжким
телесным повреждениям, вплоть до летального исхода.
Вместе с тем приговор суда, в части осуждения Алеева К.Н. и
Яхиева Р.А. по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ подлежит изменению по следующим
основаниям.
В силу ч.1 ст.35
УК РФ преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении
совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора.
По смыслу уголовного закона причинение
вреда здоровью признается совершенным группой лиц, когда два или более лица,
действуя совместно с умыслом, направленным на его причинение, непосредственно
участвовали в процессе нанесения телесных повреждений, повлекших указанные в
уголовном законе последствия.
Как следует, из описательно-мотивировочной части приговора,
суд признал доказанным, что совместными и согласованными преступными действиями Зиннурова Э.В., Яхиева
Р.А. и Алеева К.Н. потерпевшему А*** А.С. были причинены, в том
числе ***, причинившая легкий вред здоровью по признаку кратковременного
расстройства здоровья, а также ***, расценивающиеся как повреждения, не
причинившие вреда здоровью.
Вместе с тем, как следует из материалов дела, вышеуказанная
ушиблено-рваная рана мягких тканей головы
у потерпевшего А*** А.С.
образовалась от выстрела Зиннурова Э.В. травматическим пистолетом «***»
в его голову, ***, как следует из заключения повторной комиссионной
судебно-медицинской экспертизы, могли быть причинены в результате наезда (наездов) и удара
(ударов) передним бампером автомобиля под управлением Зиннурова Э.В., что
также, вопреки доводам жалобы, было обусловлено его противоправными действиями,
направленными именно на причинение вреда здоровью потерпевшему.
Кроме того, никому из осужденных нанесения ударов ногами в
области голеней данного потерпевшего в вину при иных обстоятельствах не
вменялось, и суд также не указал об этом
в приговоре.
При таких обстоятельствах, из приговора подлежит исключению
указание об осуждении Яхиева Р.А. и Алеева К.Н. по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ за
наступление у потерпевшего А*** А.С.
от их действий последствий в виде причинения вышеуказанных телесных
повреждений.
Имеются и основания для изменения приговора и в отношении
осужденного Зиннурова Э.В. в части его осуждения за причинения вреда здоровью А***
В.С.
В соответствии со ст. 10 УК РФ, уголовный закон, устраняющий
преступность деяния, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц,
совершивших соответствующее деяние до его вступления в законную силу.
Поскольку
Федеральным законом от 03.07.2016 N 323-ФЗ в статью 116 УК РФ
внесены изменения, декриминализировавшие
совершенное Зиннуровым Э.В.
деяние в отношение потерпевшего А*** В.С., приговор суда в части осуждения по ч. 1 ст. 116
УК РФ подлежит отмене с прекращением
уголовного преследования на основании п.2 ч.1 ст.24
УПК РФ в связи с декриминализацией деяния.
По эпизоду
совершения преступления ***.02.2010
Зиннуровым Э.В.,
Яфаровым М.Р. и Семьянновым
И.Ю
Согласно показаниям потерпевшего А*** А.К., в феврале 2010
года ему позвонила жена - А*** Э.Э. и сообщила что их сына - А*** Р.А. увезли
неизвестные и требуют за его освобождение 50 тыс. рублей, а сама она находится
в отделе полиции. Со слов жены также известно, что деньги необходимо привезти в
г.У***. Собрав требуемую сумму денег, часть из которых была в рублях, а часть в
Евро, он ночью вместе с сотрудниками
полиции поехал в г. У***. По дороге ему звонил сын, и узнавал где он едет и
передавал требования вымогателей, которые объяснили, что необходимо подъехать к
одному из магазинов, а утром дали указание подъехать к дому, зайти в подъезд и
положить деньги в коробку из-под обуви, что он и сделал. В дальнейшем стало известно, что эти лица, были задержаны,
а его сын был ими отпущен.
Свидетель А*** Р.А. показал, что в 2010 году его знакомые
попросили помочь приобрести Зиннурову,
Семьяннову и Яфарову наркотическое средство – *** за 20 тыс. рублей, кто-то из
них деньги передал ему. Они были на автомобиле «***» темного цвета. В связи с
тем, что он не хотел нарушать закон, решил не приобретать наркотическое
средство, а денежные средства присвоить. Через некоторое время ему поступил
звонок с номера матери, ответив на который, узнал, что подсудимые подъехали к
дому, и сообщили родителям, что он должен им денежные средства. Через некоторое время, при выходе из
магазина, его увидели *** парни и подсудимые. После чего предложили поехать в
г.У*** и находиться там до возврата долга, что он и сделал. За рулем находился Зиннуров, а Семьяннов и Яфаров
находились в автомобиле, где высказывали угрозы и говорили, что если не вернет
деньги, то они разберутся с ним. Поскольку на тот момент ему было *** лет, он
испугался и находился в подавленном состоянии. Подсудимые сказали: «Думай, как
будешь деньги отдавать, иначе будут плохие последствия». По прибытии в г.У*** в
04-05 часов утра, его привезли на автомойку,где он находился в отдельном
помещении. Утром подсудимые решили позвонить его родителям и потребовать выкуп
в размере 50 тыс. руб. При этом сумма включала в себя долг в размере 20 тыс.
руб., а также компенсацию им морального вреда и затрат на дорогу. Поочередно
они уезжали, но кто-то из них всегда оставался.
Кто-то из них с его телефона звонил родителям и сообщил, что если хотят
увидеть его живым, то должны передать 50 тыс. руб. Все подсудимые поддерживали
и знали о высказывании требования, поскольку перед тем как позвонить, они
выходили в другую комнату, о чем-то совещались, а по возвращении сообщали, что
будут звонить родителям, после чего один из них сразу же звонил. Через
некоторое время подсудимые решили отпустить его, для чего посадили в автобус до
К***, предварительно забрав его телефон.
Согласно протоколам предъявления для опознания по
фотографии, свидетель А*** Р.А. опознал Зиннурова Э.В., Яфарова М.Р. и
Семьяннова И.Ю., как лиц совершивших вышеуказанные действия, связанные с
требованиями передачи им денежных средств.
Свидетель А*** Э.Э. показала, что ***.02.2010 около 23 часов
к ее дому подъехала автомашина, из которой вышли трое молодых парней, как
потом узнала и Зиннуров, Яфаров и
Семьяннов, и спросили где находится ее сын – А*** Р.А. Когда ответила, что его нет дома, сказали, что сын
взял в долг 20 тыс. рублей и не хочет возвращать. Около 23 час. 30 мин. к дому
подъехали уже две автомашины, из которых вышли шесть человек, в том числе трое,
которые приезжали ранее. При разговоре присутствовала также её сестра Ш*** Н.Э.
Парни стали требовать, чтобы она вернула 20 тыс. рублей, которые взял сын,
иначе на следующий день будет должна вернуть большую сумму в размере 50 тыс.
рублей. Кроме того, на лечение потратит гораздо большую сумму денег, так как
они изобьют сына. Тем не менее, она это делать отказалась, но угрозы восприняла
реально. При подсудимых звонила со своего телефона сыну, который сказал, что
денег ни у кого не занимал. После чего один из парней позвонил сыну и стал в
грубой форме требовать возврата денег. ***.02.2015
от сына пришло СМС, что у него все хорошо, но ночевать домой
он не приедет. В этот же день на мобильный телефон позвонили незнакомые
и сообщили, что пока им не передадут 50 тыс. рублей, сын домой не вернется.
После этого она обратилась в полицию и сообщила о случившемся мужу - А*** А.К.
Согласно протоколам предъявления для опознания по
фотографии, свидетель А*** Э.Э. опознала Зиннурова Э.В., Яфарова М.Р. и Семьяннова И.Ю., как лиц требовавших возврата денежных средств.
Свидетель Ш*** Н.Э. также подтвердила, что видела молодого человека,
который спросил сына сестры. Они
сообщили, что А*** Р.А. дома нет. После этого молодой человек попросил сестру
позвонить сыну, который должен 20 тыс. рублей. Затем подошел еще один молодой
парень. Сестра дозвонилась до сына и поговорила с ним. После этого парни стали
требовать, чтобы сестра отдала за сына 20 тыс. руб., но она отказалась. Через
некоторое время два парня зашли в дом на кухню, где также требовали деньги, а
после ушли. В этот день А*** Р.А. домой не пришел. На следующий день позвонила сестра и сообщила, что сын сообщил, что находится в г.У***, чтобы его
отпустили она должна заплатить 50 тыс. руб.
Свидетель Г*** Д.Р. показывал, что в 2010 году состоял в
должности оперуполномоченного ОУР отдела ОМ № *** «***» УВД по г.К***. ***.02.2010
его вызвали для производства неотложных ОРМ, так как от А*** Э.Э. поступило
заявление о том, что неизвестными лицами похищен её несовершеннолетний сын А***
Р.А. и за его освобождение требуют выкуп в размере 50 000 рублей. Также ей
угрожали в случае, если она не передаст деньги, то будут удерживать сына. Затем
приехал муж А*** Э.Э. – А*** А.К., с которым похитители вели дальнейшие
переговоры. Было принято решение отправить оперативную группу в г.У***. Потерпевший собрал требуемую сумму денег,
после чего он и другие сотрудники выехали в г. У***. По дороге А*** А.К.
созванивался с сыном, который передавал требования вымогателей, которые также объясняли,
что необходимо поместить деньги в коробку и оставить ее в подъезде, что тот и
сделал. Были задержаны лица, требовавшие денежные средства, в ходе личного
досмотра Семьяннова были изъяты денежные
средства в рублях и евро, которые А*** А.К. оставил в подъезде дома.
Свидетель В*** А.А. показывал, что в феврале 2010 года ему
поступило указание помочь оперативным сотрудникам г.К***. В ходе проведения
совместных мероприятий узнал, что неизвестные похитили несовершеннолетнего и
удерживают его и за освобождение требуют 50 тыс. рублей, которые по их указанию
отец потерпевшего положил в картонную коробку. Потом были задержаны Зиннуров
Э.В. и Семьяннов И.Ю., которые показали, что несовершеннолетнего они
добровольно отпустили еще утром. После этого у одного из задержанных при личном
досмотре были обнаружены денежные средства в рублях и евро, которые
принадлежали отцу несовершеннолетнего. Проведя первоначальные оперативные
мероприятия, сотрудники полиции увезли задержанных в г. К***.
Свидетель Ч*** Д.В. показал, что в феврале 2010 года состоял
в должности инспектора ДПС. *** февраля 2010 года в период с 3 до 6 часов ночи
он встретил у *** в г. У*** своих знакомых Яфарова и Семьяннова, которые были
на автомашине ***. В ней находился незнакомый парень ***. Яфаров пояснил, что
этот парень из. г.К*** и должен деньги, его отец должен скоро
приехать в г.У*** они договорились с ним
встретиться около магазина. При этом парень вел себя спокойно, помощи не
просил. Через некоторое время Яфаров и Семьяннов уехали, сказав, что поедут
покупать билет на автобус до г. К***, чтобы отправить этого парня домой,
поскольку у последнего своих денег не было.
Вопреки приводимым доводам жалоб, каких-либо данных о
заинтересованности со стороны потерпевшего, свидетеля А*** Р.А. и других
свидетелей при даче показаний в
отношении осужденных, оснований для оговора ими, равно как и существенных
противоречий в показаниях по обстоятельствам дела, ставящих под сомнение их достоверность, материалами дела не установлено и не
приведено их в суде апелляционной
инстанции.
Согласно справке ТСЖ «***» в период с ***.07.2005 по ***.10.2011
в собственности Яфарова М.Р. находилась трехкомнатная квартира, расположенная
по адресу: г. У***, ул. Р***, д.***, кв. ***.
Из сообщений УГИБДД
следует, что на имя З*** В.Х. (отца Зиннурова Э.В.) в феврале 2010 года
был зарегистрирован автомобиль ВАЗ-*** (***), на имя Яфарова М.Р. -
автомобиль ***
Согласно протоколам выемки и осмотра в помещении СО по К*** району г. К*** СУ СК
РФ по Республике Т*** было изъят материал доследственной проверки № ***,
проведенной в порядке ст.144-145 УПК РФ по заявлению А*** Э.Э. о похищении
несовершеннолетнего сына А*** Р.А., который следователем был осмотрен, и по
материалу принято решение об отказе в
возбуждении уголовного дела.
Согласно сообщению первого заместителя руководителя СУ СК
России по Республике *** от ***.09.2015 в архиве выделенного из него материала проверки по п.
«а» ч.2 ст.163 УК РФ о вымогательстве денежных средств у А*** А.К. не имеется,
процессуальные решения по нему не принимались, что опровергает доводы
осужденных и их защитников о вынесении постановления об отказе в возбуждении
уголовного дела и по данному факту.
Виновность осужденных подтверждена также и иными
свидетельскими показаниями, протоколами следственных действий, вещественными и
другими доказательствами, которые изложены в приговоре, согласуются между собой
и с показаниями свидетелей по фактическим обстоятельствам дела, дополняют друг
друга и не содержат существенных противоречий, в связи с чем правильно признаны
судом относимыми и допустимыми доказательствами и обоснованно
положены в основу приговора.
В судебном
заседании исследованы все существенные для дела доказательства, представленные
сторонами, все заявленные ходатайства разрешены судом в соответствии с
требованиями закона, принятые по ним решения суда достаточно мотивированы и
являются правильными.
При таких
обстоятельствах, судебная коллегия считает, что суд пришел к обоснованному
выводу о доказанности вины Зиннурова Э.В., Яфарова М.Р. и Семьяннова И.Ю. в совершении противоправных
действий, связанных с требованиями передачи им
50 000 рублей.
Суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что о
предварительной договоренности
осужденных на совершение
преступления, свидетельствует согласованность их действий, совместность
высказывания требований и угроз потерпевшему в ходе неоднократных звонков,
направленность умысла на достижение единого для них преступного результата.
Однако, судебная коллегия полагает, что судом первой
инстанции действия осужденных Зиннурова Э.В., Яфарова М.Р. и Семьяннова И.Ю. неверно были
квалифицированы п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ
как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под
угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному
сговору.
Статья 163
УК РФ предусматривает ответственность за корыстное преступление, при совершении
которого виновный предъявляет незаконные требования на чужое имущество с целью
его обращения в свою пользу или пользу
других лиц.
С объективной
стороны вымогательство заключается в том, что виновный предъявляет собственнику
или иному законному владельцу имущества заведомо незаконные требования передать
ему или иным указанным им лицам определенное имущество либо совершить в его
пользу какие-либо конкретные действия имущественного характера, при этом
виновный сопровождает свои требования угрозами.
Субъективная
сторона вымогательства характеризуется лишь прямым умыслом. Виновный должен
сознавать, что требует передачи чужого имущества, на которое он не имеет
никаких прав.
Вместе с тем
судебная коллегия считает, что достаточных оснований для квалификации действий
осужденных как вымогательства у суда первой инстанции не имелось.
Исходя из установленных
судом обстоятельств уголовного дела у несовершеннолетнего свидетеля А*** Р.А.
перед осужденными образовалась денежная задолженность в сумме 20 000
рублей, и первоначально Зиннуров Э.В.,
Яфаров М.Р. и Семьяннов И.Ю. требовали
передачи именно данной суммы у его матери А*** Э.Э. При этом факт наличия данных долговых обязательств перед
осужденными в судебном заседании потерпевшей стороной не оспаривался.
В связи с тем, что А*** Э.Э. отказалась сразу возвратить за сына данную сумму долга, осужденные в
последующем и потребовали передачи денег его
родителями в большем размере -
50 000 руб.
Кроме того, суд, приходя к выводу, что осужденные требовали
передачи именно чужого имущества, не
учел, что А*** Р.А. являлся несовершеннолетним, обучался в школе,
самостоятельного дохода не имел и находился на содержании у родителей.
При таких обстоятельствах вывод суда о том, что осужденные
вымогали у родителей А*** Р.А. чужие денежные средства, не включавшие в себя
сумму долга их сына и иные затраты перед
ними, не соответствует фактическим обстоятельствам дела.
Судебная коллегия не может согласиться и с выводом суда
первой инстанции о наличии
вымогательства в связи с тем, что сумма в 50 000 рублей превышала сумму самого долга А*** Р.А.,
поскольку в данном случае явной несоразмерности в суммах, которая позволила бы
судить о направленности умысла осужденных
именно на завладение чужим имуществом в рамках ст.163 УК РФ, не имеется.
С учетом изложенного,
судебная коллегия считает, что осужденные
Зиннуров Э.В., Яфаров М.Р. и
Семьяннов И.Ю., действуя в составе
группы лиц по предварительному сговору, и требуя у родителей
А*** Р.А. передачи 50 000 рублей,
включавшей в себя сумму долга их
сына перед ними, исходили из наличия у них предполагаемого субъективного права
требовать возврата долга в большем размере.
Однако действовали
они при этом самовольно и вопреки
установленному законом порядку, подкрепляли свои требования угрозой применения
насилия, и правомерность этих действий оспаривалась потерпевшим А*** А.К., и ими был причинен
ему существенный вред.
При таких
обстоятельствах, судебная коллегия считает, что действия Зиннурова Э.В.,
Яфарова М.Р. и Семьяннова И.Ю. в отношении
потерпевшего А*** А.К. являются неправомерными, однако они не могут влечь их
уголовную ответственность по ст.163
УК РФ, а должны квалифицироваться лишь как самоуправство, совершенное с угрозой
применения насилия, то есть по ч.2 ст.330
УК РФ.
Действия
осужденных, квалифицируемые по данной статье уголовного закона, вменялись им в
вину, не содержат признаков более тяжкого преступления и существенно не
отличаются по фактическим обстоятельствам от обвинения, по которому дело было принято к производству суда, а
изменение обвинения в суд не ухудшило положения осужденных и не нарушило
их права на защиту.
Другие
изложенные в жалобах по данному эпизоду доводы, в которых оспаривалось
доказанность вины осужденных в совершении именно вымогательства, наличие
предварительного сговора между ними на совершении преступления, оговоре
осужденных свидетелем А*** Р.А., соответствуют позиции стороны защиты в
судебном заседании, которые оценены судом первой инстанции наряду с другими
доказательствами и мотивированно опровергнуты в приговоре, и с данными выводами судебная коллегия полностью
согласна.
При
назначении вида и размера наказания по преступлению, предусмотренному ч.2 ст.330
УК РФ, судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности
содеянного, данные о личности осужденных и другие обстоятельства, влияющие на
наказание, и установленные судом первой инстанции и приведенные в приговоре.
Санкция
части 2
ст.330 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на
срок до 5 лет, а поэтому в силу части 3 ст.15
УК РФ, оно относится к преступлению
средней тяжести.
В
силу п. «б» ч.1
ст.78 УК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности за
совершение преступлений средней тяжести составляет 6 лет.
Преступление,
предусмотренное ч.2 ст.330
УК РФ, было совершено осужденными ***-***
февраля 2010 года, следовательно, в настоящее время срок давности привлечения их к
ответственности за него истек и они подлежат освобождению от наказания.
Вопреки доводам
жалоб, в судебном заседании были
исследованы все существенные для дела доказательства, представленные сторонами,
все заявленные ими ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями закона,
принятые по ним решения суда достаточно мотивированы и являются правильными.
При таких
обстоятельствах, судебная коллегия считает, что правильно оценив исследованные
доказательства в их совокупности, суд, вопреки доводам апелляционных жалоб,
пришел к обоснованному выводу о доказанности вины осужденных Зиннурова Э.В.,
Яхиева Р.А., Алеева К.Н., Яфарова М.Р. и Семьяннова И.Ю.
Являются
неубедительными приводимые доводы, что
никаких доказательств совершения всеми осужденными преступлений не имеется, равно,
как и не было самих событий этих преступлений, поскольку в судебном заседании установлены и доказаны факты их участия в
совершении конкретных преступлений при указанных в приговоре обстоятельствах, с
учетом изменений, вносимых в приговор судебной коллегией.
Таким образом,
судебная коллегия не может согласиться с доводами осужденных и их адвокатов,
приведенными в апелляционных жалобах и при их рассмотрении, что выводы суда,
изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного
дела, суд не дал оценки противоречивым показаниям потерпевших и свидетелей
обвинения, противоречивым заключениям экспертиз, положив их в основу приговора,
поскольку при его постановлении всем исследованным в ходе судебного заседания
доказательствам судом дана надлежащая оценка, приняты во внимание, как
доказательства обвинения, так и защиты, причем суд указал в приговоре, почему
принимает одни доказательства и отвергает другие.
Доводы стороны защиты о нарушениях закона при
предъявлении обвинения Зиннурову Э.В.,
проведении предварительного слушания,
выполнения требований статьи 217 УПК РФ при ознакомлении с материалами
дела, также не могут служить основаниями
для отмены приговора суда.
Так,
постановление о назначении предварительного слушания было вынесено 11 января 2016 года в связи с письменными ходатайствами адвокатов Гораш
Е.В. и Неспая А.В. и в этот же день
судом были направлены уведомления участникам о его проведения, а также они были извещены по телефону согласно
имеющихся в материалах дела телефонограмм (за исключением адвоката Артемова
А.С., у которого не отвечал телефон).
При
проведении предварительного слушания 14 января 2015 года адвокат Артемов А.С.,
как и адвокат Костина Н.В. также принимали в нем участие, и имели возможность заявить свои ходатайства
и довести позицию по всем возникшим вопросам, а ходатайств об отложении его проведения по
мотивам не готовности к его проведению, они не заявляли.
Таким
образом, несмотря на утверждения адвоката Артемова А.С., что о дате и времени предварительного слушания он
узнал в день его проведения, и что адвокат Костина Н.В. также не была
своевременно уведомлена об этом, оснований считать, что несвоевременное
уведомление данных участников процесса
повлияло на какие-либо обстоятельства по делу или данными обстоятельствами
реально были ущемлены права обвиняемых Зиннурова Э.В. и Яхиева Р.А., не
имеется.
Доводы стороны защиты о противоречивости и неконкретности обвинения, предъявленного
Зиннурову Э.В. по п. «а» ч. 3 ст. 111
УК РФ и по п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ,
противоречат постановлению от *** октября 2015 года о привлечении его в
качестве обвиняемого, и которое полностью
соответствует положениям п. 4 ч. 2 ст.
171 УПК РФ, поскольку в нем были указаны конкретные противоправные
действия, инкриминируемые данному осужденному.
Нарушений
требований ст.ст. 171
и 172
УПК РФ при предъявлении обвинения не
усматривается, при этом обвиняемый
Зиннуров Э.В. и другой его защитник
адвокат Неспай А.В. были уведомлены о дате предъявления обвинения в сроки,
установленные ч.1 ст.171 УПК РФ, и оно было предъявлено в присутствии
одного из защитников обвиняемого.
Согласно
положениям ч.1 ст.50
УПК РФ, обвиняемый вправе пригласить нескольких защитников, а поэтому участие
хотя бы одного защитника в уголовном
процессе обеспечивает осуществление функции защиты и гарантирует его право на
получение квалифицированной юридической помощи.
Таким
образом, несостоятельны доводы апелляционной жалобы адвоката Артемова А.С. о
наличии оснований для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237
УПК РФ, в связи с нарушениями уголовного и уголовно-процессуального
законодательства при предъявлении обвинения и не ознакомлении его с материалами
уголовного дела.
Указанные
доводы защиты также были предметом
проверки судом первой инстанции, в приговоре суд обоснованно мотивировал
позицию об отсутствии нарушений требований уголовно-процессуального
законодательства при выполнении указанных процессуальных действий, оснований не
согласиться с которыми у судебной коллегии не имеется.
При
этом, право адвоката Артемова А.С. на ознакомления с материалом дела было
ограничено постановлением суда, вынесенным в порядке ч.5 ст.217 УПК РФ, и
последний в установленный судом срок не прибыл для ознакомления с материалами
уголовного дела. Заявленные обвиняемым
Зиннуровым Э.В. и адвокатом Неспаем А.В. ходатайства по окончании выполнения
требования ст.217 УПК РФ были разрешены следователем в установленном законом
порядке.
При этом обвиняемый и его защитники не были
лишены права заявить ходатайства о приобщении к делу документов и вызове
свидетелей и в стадии судебного
разбирательства.
Судебная
коллегия не может согласиться с доводами адвоката Артемова А.С.
о том, что возбуждение дела и квалификация действий его подзащитного Зиннурова
Э.В. по ч. 1 ст. 116
УК РФ неправомерны, поскольку это дело частного обвинения, оно незаконно соединено с другими делами и
рассмотрено судом с нарушением правил
подсудности.
Согласно ч. 4 ст.20
УПК РФ следователь вправе возбудить уголовное дело о любом преступлении,
указанном в частях второй
и третьей
настоящей статьи, и при отсутствии заявления потерпевшего, если
данное преступление совершено в отношении лица, находящегося в зависимом
состоянии или по иным причинам не способного самостоятельно воспользоваться
принадлежащими ему правами. К иным причинам относится также случай совершения
преступления лицом, данные о котором не известны.
Из
материалов уголовного дела следует, что ***
февраля 2015 года следователь вынес постановление о возбуждении уголовного дела
в отношении Зиннурова Э.В. усмотрев
в его деянии признаки преступления,
предусмотренного ч. 1 ст. 116
УК РФ (т.3 л.д. 25). При этом в суде первой инстанции потерпевший А*** В.С.
также настаивал на привлечении Зиннурова Э.В.
к ответственности и по данной
статье.
Соединение
данного уголовного дела с другими делами, находящимися в производстве
следователя, с учетом совершения других
взаимосвязанных преступлений одними и теми же лицами, не противоречило
требованиям ст.153 УК РФ, как и рассмотрения всех материалов уголовного дела
районным судом исходя из правил подсудности, установленных статей 31 УПК РФ.
Вопреки приводимым доводам, имеющееся в деле обвинительное заключение не
препятствовало постановлению на его
основе обжалуемого решения с учетом установленных в ходе судебного
разбирательства обстоятельств, их уточнения судом первой и апелляционной
инстанцией, а нарушение пределов судебного разбирательства, установленных
ст.252 УК РФ допущено не было, и оснований для возвращения уголовного дела
прокурору по приводимым в жалобах основаниям, не имелось.
Вопреки доводам
жалоб, судом была дана надлежащая и верная оценка показаниям и самих
осужденных, которые полностью отрицали свою причастность к совершению
преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ, ч.1 ст.116 УК РФ и ч. 1 ст.119 УК РФ, и указывали на отсутствие
в их действиях составов какого-либо преступления по событиям ***-***.02.2010.
Приведенные мотивы
оценки показаний в приговоре также
являются убедительными, судом обоснованно учтено, что
дача ими таких показаний, являлась способом защиты осужденных от
предъявленного им обвинения.
Доводы
апелляционных жалоб о том, что приговор суда основан на предположениях,
догадках и показаниях заинтересованных в исходе дела лиц, судебная коллегия не
может признать обоснованными, поскольку они полностью опровергаются материалами
уголовного дела и приведенными в приговоре суда доказательствами, которым дана
надлежащая оценка в их совокупности.
Судебная
коллегия не может признать состоятельными и доводы апелляционных жалоб о
постановлении приговора на недопустимых доказательствах, в том числе показаниях потерпевших А*** А.С. и В.С.,
заключениях судебно-медицинских экспертиз, поскольку, все требования закона при
проведении данных и других следственных действий по настоящему уголовному делу
были соблюдены.
То обстоятельство, что изъятие медицинских документов,
рентгеноснимков, томографических исследований,
было сделано, в том числе путем направления соответствующих запросов и
дачи поручений, также не могут служить достаточными основанием для
признания самих заключений экспертиз
недопустимыми доказательствами.
При этом доводы стороны защиты, в которых оспаривалась
принадлежность рентеноснимков и
результатов томографического исследования потерпевшему А*** А.С., изътие и направлением экспертов
медицинских документов, были тщательно проверены органом следствия и судом
путем проведения судебно-медицинских экспертиз, почерковедческой экспертизы по
надписям на рентгеновских снимках, допросов следователя Х*** С.В.,
врачей-рентгенологов Б*** А.А. и М***
П.В.
Начало проведение судебно-медицинской экспертизы № *** от ***.01.2015 по мнению стороны защиты в нерабочее время,
исправления в журнале регистрации поступивших материалов на экспертизу, также
не могут служить достаточными основаниями для признания самого заключения недопустимым
доказательством. Проверка и оценка данного заключения показала, что оно получено
в установленном законом порядке, согласуется в целом с
другими доказательствам, исследованными
судом первой инстанции, а поэтому
также являлось относимым и допустимым доказательством. Нарушений действующего
законодательства РФ при назначении экспертизы и её производстве не установлено.
Эксперту были разъяснены её права и
обязанности, она была предупреждена об уголовной ответственности за дачу
заведомо ложного заключения.
Доводы
жалоб, что следовало отдавать предпочтение показаниям потерпевших А*** А.С. и
В.С. данных ими ***.12.2014, либо в
судебном заседании, не основаны на положениях Уголовно-процессуального кодекса
РФ, в силу статей
74 и 75
которого равноценными доказательствами являются все показания участников
процесса, если они отвечают требованиям допустимости.
Достаточных
оснований для проведения экспертизы
в отношении данных потерпевших по
основаниям, указанным в п.4 ст.196 УПК РФ у суда первой и апелляционной
инстанции не имелось, а поэтому приведенные доводы жалоб о необоснованном
отклонении судом ходатайства об этом не влияют на правильность оценки судом показаний потерпевших А*** А.С. и В.С.
Приведенные
доводы о фальсификации доказательств по инициативе потерпевшей стороны, оговоре
осужденных ввиду занимаемой должности А*** А.С. и его отцом, оказания давления на орган следствия,
неполноте и необъективности предварительного следствия - неосновательны,
поскольку ничем объективно не подтверждены и опровергаются доказательствами
виновности подсудимых, собранными по делу в установленном законом порядке.
Таким
образом, все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с
требованиями статей 87 и 88
УПК РФ проверил, сопоставив их между собой,
и которым, дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и
достоверности, которую судебная коллегия находит объективной, в результате чего
суд первой инстанции пришел к убеждению, что они получены с соблюдением
требований уголовно-процессуального законодательства РФ, и оснований,
предусмотренных статьей 75
УПК РФ, для признания их недопустимыми и недостоверными, судом не установлено,
с чем, вопреки приведенным доводам, соглашается и суд апелляционной инстанции.
Вопреки
доводам жалоб, приговор суда, за
исключением вносимых в него изменений, в остальном соответствует требованиям статей 299, 304 и
307-309 УПК РФ, поскольку в нем
содержатся мотивированные выводы
относительно квалификации преступлений,
в нем указаны обстоятельства, установленные судом, в частности описания
преступных деяний каждого осужденного, признанных судом доказанными, с
указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей и
последствий преступлений, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод
суда о виновности осужденных в содеянном, а также дана оценка доводам стороны защиты, приведены убедительные мотивы, по которым суд
взял за основу одни доказательства и отверг другие, в том числе и те, ссылки на которые содержатся в жалобах.
Доводам стороны защиты также была дана надлежащая оценка в
приговоре. С учетом того, что судом были установленные конкретные
обстоятельства причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему А*** А.С.,
связанного с его избиением осужденными,
доводы жалобы адвокатов, основанные на предположениях о возможности причинения
тяжкого вреда его здоровью при
иных обстоятельствах, и которым, суд не дал оценку, не могут служить
достаточными основаниями к отмене приговора, равно как исключение судом из
описания деяния части повреждений, входящих в ***
При рассмотрении настоящего уголовного дела судом не
допущено нарушения прав и законных интересов осужденных, поскольку из протокола
судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с
требованиями статей 273-291 УПК РФ, объективно и с соблюдением всех принципов
уголовного судопроизводства.
Все ходатайства
сторон, имеющие значение для правильного разрешения дела, судом были разрешены в установленном
порядке, и на момент окончания судебного
следствия, каких-либо иных ходатайств, в
том числе связанных с истребованием новых доказательств, не поступало.
Вопреки доводам жалоб, права осужденных, в том числе и
право на защиту, на всех стадиях уголовного судопроизводства были соблюдены и
реально обеспечены.
Суд принял все предусмотренные законом меры
для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, с
соблюдением принципов уголовного судопроизводства, равенства и состязательности
сторон, а потому иные приведенные доводы о нарушениях закона рассмотрении дела
и вынесении приговора, обвинительном уклоне суда, нарушение права на защиту при
рассмотрении судом дела, связанные с
отказом в удовлетворении некоторых ходатайств, не состоятельны.
Вопреки
приводимым доводам, и как видно из протокола судебного заседания, судебное
следствие проведено в соответствии с требованиями закона. Председательствующий
судья, обеспечил равенство прав сторон, соблюдение принципа состязательности,
создав все необходимые условия для всестороннего и полного исследования
обстоятельств дела. Каких-либо данных об отказе стороне в исследовании
допустимых доказательств, предоставлении дополнительных доказательств, имеющих
существенное значение для исхода дела, или необоснованного исключения их из
разбирательства дела, не имеется.
Ходатайства,
заявленные сторонами в ходе судебного разбирательства, и имеющие значение для
правильного разрешения дела, судом были
разрешены в установленном порядке, по ним приняты решения, каких-либо сведений
о нарушении принципов равенства и состязательности сторон, предвзятом отношении
председательствующего к той или иной стороне, протокол судебного заседания не
содержит, а поэтому приведенные доводы об обвинительном уклоне суда при рассмотрении
дела, в том числе связанные с постановлением приговора в короткий срок после
окончания прений сторон, не состоятельны.
Органом следствия
при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в
ходе судебного разбирательства каких-либо нарушений уголовно-процессуального
закона, влекущих безусловную отмену приговора, допущено не было.
При этом
ссылки в жалобах осужденных и их
защитников, а также при их
рассмотрении в подтверждение своих доводов на показания
участников процесса, действия
суда в той части, в которой они не отражены в протоколе судебного заседания,
а замечания на него, рассмотренные в порядке ст.260 УПК РФ, отклонены, не могут быть приняты во внимание
судебной коллегией.
Поскольку в
апелляционных жалобах осужденных и их защитников приводились показания
участников процесса и действия суда, неотраженные в протоколе судебного заседания, то
рассмотрение этих доводов жалоб как замечаний на него, также не противоречит требованиям закона.
Другие доводы,
изложенные в жалобах и при их рассмотрении, соответствуют избранной
осужденными позиции защиты в суде первой
инстанции, они не влияют на выводы суда
о виновности осужденных в совершенных
преступлениях, направлены на переоценку
исследованных доказательств, и по ним приговор суда отмене или изменению также не подлежит.
Психическое
состояние осужденных исследовано судом с
достаточной полнотой, с учетом данных об их личностях и выводов психиатрических
экспертиз, все они были обоснованно признаны вменяемыми. Каких-либо оснований
ставить под сомнение обоснованность выводов судебно-психиатрической экспертизы,
также не имеется, поскольку выводы экспертов являются логичными и
убедительными. Научность и обоснованность выводов экспертов, а также их компетентность сомнений у судебной
коллегии не вызывает.
Наказание
осужденным Зиннурову Э.В., Яхиеву Р.А., Алееву К.Н., Яфарову М.Р. и Семьяннову
И.Ю. было назначено судом в соответствии
с требованиями статей 6 и 60 УК РФ, то есть с учетом характера и степени общественной
опасности совершенных ими преступлений,
данных о личности осужденных, влияния
наказания на условия жизни их семей, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств и являлось
справедливым по своим видам и размерам.
С
учетом всех обстоятельств по делу, суд обоснованно пришел к выводу о том, что
исправление осужденных, за исключением
Семьяннова И.Ю. возможно только в условиях их
изоляции от общества, и
невозможности применения статьи 73 УК РФ, а поэтому обоснованно назначил им наказание в
виде лишения свободы, без
назначения дополнительных видов
наказаний.
При этом суд верно, исходя из фактических обстоятельств
дела не нашел оснований для применения
положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категорий совершенных ими преступлений.
Как следует из
приговора, суд первой инстанции также обсудил и возможность назначения всем
осужденным наказания с применением положений статьи 64 УК РФ, и обоснованно не
усмотрел оснований к этому.
Не усматривает таковых и судебная коллегия, поскольку по делу не установлено
исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений,
поведением виновных лиц во время или после
их совершения, ролью осужденных и других обстоятельств,
существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных ими
преступлений.
Режим исправительного учреждения для отбывания
наказания всем осужденным судом
определен правильно – исправительная колония строгого режима в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ и
изменению не подлежит.
Вместе
с тем, принимая во внимание прекращение уголовного преследование в отношение
Зиннурова Э.В. по ч.1 ст.116 УК РФ, переквалификацию действий его, а также
Яфарова М.Р. и Семьяннова И.Ю. с п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ на ч.2 ст.330 УК РФ и истечения
сроков давности по данной статьей, уменьшение объема обвинения у осужденных Алеева К.Н. и Яхиева Р.А.,
размер назначенного наказания,
подлежит смягчению, а Яфарова М.Р. и Семьяннова И.Ю. подлежат
полному освобождению от назначенного им наказания по ч.2 ст.330 УК РФ.
Вопреки
доводам жалоб, заявленные по делу гражданские иски потерпевших А*** А.С. и В.С. в части компенсации
причиненного преступлениями морального вреда разрешены судом в соответствии с требованиями ст.ст. 151,
1064,
1100
и 1101
ГК РФ и обоснованно были удовлетворены лишь частично.
Компенсация
морального вреда потерпевшим, была взыскана судом в соответствии с пережитыми ими
нравственными страданиями, материальным положением подсудимых, реальными возможностями по возмещению
морального вреда.
Учитывая, что суд дифференцировал размеры компенсаций в пользу А*** А.С. с Алеева К.Н., Яхиева Р.А. и Зиннурова Э.В.,
взыскав с последнего сумму в большем размере, нежели с других осужденных, то,
несмотря на вносимые в приговор изменения, связанные с уменьшением объема
ответственности Алеева К.Н. и Яхиева Р.А., оснований для снижения взысканных с ним сумм компенсации морального вреда, судебная
коллегия не усматривает.
Вместе с тем, учитывая прекращение уголовного преследования
в отношении Зиннурова Э.В. по ч.1 ст.116 УК РФ, не разграничений судом в
приговоре сумм морального вреда, причинненого данным преступлением, и
преступлением, предусмотренным ч.1 ст.119 УК РФ, приговор суда в части разрешения гражданского иска А*** В.С.
о взыскании с Зиннурова Э.В. компенсации морального вреда подлежит
отмене, а дело в этой части передаче на новое рассмотрение в порядке
гражданского судопроизводства.
Кроме
того, судебная коллегия полагает, что
вопрос о судьбе вещественного доказательства - травматического пистолета
***, был разрешен судом неправильно.
Так,
в соответствии с п. 2 ч. 3 ст.
81 УПК РФ, Федеральным законом
"Об оружии", пп. 2 п. 58
Инструкции "О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных
доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами
предварительного следствия, дознания и судами" от 18.10.1989 г. (с изм. от
09.11.1999) предметы, запрещенные к обращению, подлежат передаче в
соответствующие учреждения или уничтожаются.
В
соответствии с параграфом 18
данной Инструкции после разрешения дела оружие, признанное вещественным
доказательством, должно направляться в распоряжение соответствующего органа
внутренних дел, который в установленном порядке принимает решение об их
уничтожении или реализации, либо использовании в надлежащем порядке.
На
основании изложенного, суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить
приговор в части принятого решения по вещественному доказательству, исключить
указание на уничтожение травматический пистолет ***, передав указанное
вещественное доказательство в УМВД России по г.У***.
Иных
нарушений уголовного и существенных нарушений уголовно-процессуального законов,
влекущих отмену или изменение приговора,
по иным основаниям по делу не
установлено.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 389-13,
389-20, 389-26, 389-28 и 389-33 УПК РФ, судебная коллегия
О П Р Е Д Е Л И Л А:
приговор Ленинского районного суда города Ульяновска от 07 июня
2016 года в отношении осужденных Зиннурова Э*** В***, Яхиева Р*** А***,
Алеева К*** Н***, Яфарова М*** Р***
и Семьяннова И*** Ю*** изменить:
приговор суда в части осуждения Зиннурова Э.В. по
ч. 1 ст. 116
УК РФ отменить и прекратить уголовное преследование на
основании п.2 ч.1 ст.24
УПК РФ в связи с декриминализацией деяния;
переквалифицировать действия Зиннурова Э.В. с п. «а»
ч.2 ст.163 УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ от 07.03.2011) на ч.2
ст.330 УК РФ, по которой назначить наказание в виде 1 (одного) года 6 (шести)
месяцев лишения свободы и на основании п.3 ч.1 ст.24
УПК РФ и ст. 78
УК РФ освободить его от назначенного наказания в связи с
истечением сроков давности;
на основании ч.3
ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст.111 УК
РФ и ч.1 ст.119 УК РФ, с учетом
положений ст. 71
УК РФ, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначить Зиннурову
Э.В. наказание в виде лишения свободы на срок 6 (шесть) лет 1 (один) месяц.
Исключить из осуждения Яхиева Р.А. и Алеева К.Н. по п. «а»
ч.3 ст.111 УК РФ указание на наступление у потерпевшего А*** А.С. от их действий последствий в виде ***, причинившей легкий вред здоровью
по признаку кратковременного расстройства здоровья, а также ***, расценивающихся как повреждения, не
причинившие вреда здоровью.
Смягчить Яхиеву Р.А. назначенное наказание по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ до 3 (трех) лет 10
(десяти) месяцев лишения свободы.
На основании ч.3
ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч.3 ст.111 УК
РФ и ч.1 ст.119 УК РФ, с учетом
положений ст. 71
УК РФ, путем частичного сложения
наказаний, окончательно назначить Яхиеву
Р.А. наказание в виде лишения свободы на срок
3 (три) года 11
(одиннадцать) месяцев.
Смягчить Алееву К.Н. назначенное наказание по п. «а» ч.3 ст.111 УК РФ до 3 (трех) лет 10
(десяти) месяцев лишения свободы.
Переквалифицировать действия Яфарова
М.Р. с
п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ (в редакции Федерального закона № 26-ФЗ
от 07.03.2011) на ч.2 ст.330 УК РФ, по которой назначить наказание в виде 2
(двух) лет лишения свободы и на основании п. 3 ч. 1 ст.
24 УПК РФ и ст. 78 УК РФ
освободить от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности.
Исключить из приговора указание о назначении Яфарову М.Р.
наказания по совокупности преступлений
по правилам ч.5 ст.69 УК РФ.
Переквалифицировать
действия Семьяннова И.Ю. с п. «а» ч.2 ст.163 УК РФ (в редакции
Федерального закона № 26-ФЗ от 07.03.2011) на ч.2 ст.330 УК РФ, по которой
назначить наказание в виде 1 (одного) года 9 (девяти) месяцев лишения свободы.
На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание считать условным
с испытательным сроком в 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.
На основании п. 3 ч. 1 ст.
24 УПК РФ и ст. 78
УК РФ освободить Семьяннова И.Ю. от назначенного наказания в связи с истечением
сроков давности.
Исключить
из приговора указание суда на уничтожение вещественного доказательства -
травматического пистолета *** и передать его в УМВД России по г.У***.
Приговор суда в части
разрешения гражданского иска А*** В.С.
о взыскании с Зиннурова Э.В. компенсации морального вреда отменить, дело
в этой части передать на новое рассмотрение в порядке гражданского
судопроизводства.
В остальном этот же приговор оставить без изменения, а
апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи: