Меню Содержимое
Ульяновский областной суд



Судебный акт Печать
Осужден по ч.2 ст109 УК РФ
Документ от 10.10.2018, опубликован на сайте 12.10.2018 под номером 76287, 2-я уголовная, УК РФ: ст. 109 ч.2 , судебный акт ОСТАВЛЕН БЕЗ ИЗМЕНЕНИЯ
УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

 

Судья Леонтьева И.А.                                                                                Дело №22-1928/2018

 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ   ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Ульяновск                                                                                             10 октября 2018 года

 

Ульяновский областной суд в составе:

председательствующего судьи Львова Г.В.,

с участием: осужденного Афанасьева А.Г., адвоката Федутинова В.А., потерпевшей М*** М.Н.,  прокурора Лобачевой А.В.,

при секретаре Марковой В.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционными жалобами осужденного Афанасьева А.Г. и его защитника адвоката Федутинова В.А.  на приговор Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 17 августа 2018 года, которым

АФАНАСЬЕВ  Андрей  Геннадьевич,

***, не судимый:

осужден по ч.2 ст.109 УК РФ к 2 годам ограничения свободы с лишением в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ права заниматься врачебной деятельностью сроком на 2 года.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ Афанасьеву А.Г. установлены следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 23 часов до 06 часов следующих суток, не выезжать за пределы территории муниципального образования г.Ульяновск, не изменять место жительства или пребывания, место работы и (или) учебы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, и на него возложена обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, один раз в месяц для регистрации.

В соответствии с ч.1 ст.78 УК РФ в  связи с истечением срока давности Афанасьев А.Г. от отбывания назначенного наказания освобожден.

В удовлетворении гражданского иска потерпевшей М*** М.Н. о взыскании с Афанасьева А.Г. компенсации причиненного ей морального вреда  отказано.

Приговор решен вопрос о вещественном доказательстве.

Апелляционное представление, поданное государственным обвинителем Хомяк Н.А., отозвано в порядке, предусмотренном ч.3 ст.389.8 УПК РФ.

 

Заслушав доклад судьи Львова Г.В.,  выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

 

Афанасьев А.Г. признан виновным в причинении смерти П*** Т.Г. по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей.

Преступление совершено 3 мая 2016 года в г.Ульяновске при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

 

В апелляционных жалобах:

- осужденный Афанасьев А.Г. в своей основной и дополнительной апелляционной жалобе, не соглашаясь с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным. По его мнению, исполнение им профессиональных обязанностей врача-хирурга относится только к больным хирургического отделения, а потерпевшая П*** Т.Г. находилась в терапевтическом отделении данной больницы. Обращает внимание на то, что согласно графику был дежурным врачом-хирургом  с 9 до 24 часов 3 мая 2016 года, а ему инкриминирован период совершения преступления с 11 часов 3 мая 2016 года до 7 часов 4 мая 2016 года. В медицинской  карте П*** Т.Г. имеются противоречивые записи о диагнозе её заболевания и лечащем враче. Считает, что он, как дежурный врач-хирург, оказывал лишь помощь врачам терапевтического отделения, на него не была возложена обязанность направлять рентгеновские снимки больной терапевтического отделения на описание врачу рентгенологу. Кроме того, полагает, что суд не дал оценки тем обстоятельствам, что врач приемного отделения Ш*** А.Н. назначил два инструментальных обследования – УЗИ брюшной полости и ФГДС больной П*** Т.Г., которые проведены не были. В связи с этим считает  необоснованным вывод суда о том, что Афанасьев А.Г. сам должен был назначить такое обследование. Рентгенография с пассажем бария назначалась больной П*** Т.Г. врачом хирургического отделении П*** В.Г.  Считает, что именно врач приемного отделения, врачи терапевтического и рентгенологического отделений виновны в плачевном исходе лечения потерпевшей, поскольку изначально поставили неправильный диагноз, указав на наличие *** вместо ***.  В связи с этим выражает несогласие с выводами  проведенных по делу экспертиз, вменивших ему функциональные обязанности указанных врачей, а также выражает несогласие с показаниями, данными в суде экспертом Г***  В.Л., участвующем в проведении указанных экспертиз.  По его мнению, данные экспертизы не могут быть признаны допустимыми доказательствами по делу, поскольку он не участвовал при обсуждении вопросов при их назначении следователем. Кроме того, полагает, что основанием к отмене постановленного в отношении него приговора является отказ в допуске в качестве его защитника  представителя А*** К.Г. Считает, что после подачи им апелляционной жалобы в протокол судебного заседания были внесены изменения. Просит оправдать его по предъявленному обвинению;              

- адвокат Федутинов В.А. в своей апелляционной жалобе приводит в защиту осужденного Афанасьева А.Г. доводы, аналогичные изложенным в жалобе осужденного. Кроме того,  полагает, что у Афанасьева  А.Г. не было реальной возможности назначить больной П*** Т.Г. ФГДС, поскольку Афанасьев А.Г. впервые осмотрел П*** 3 мая 2016 года в 11 часов, а в 11 часов 20 минут её осмотрел врач П*** В.Г. и назначил ей обзорную рентгенографию с пассажем бария, выставив диагноз  “***”, так как клинических данных  о наличии у П*** Т.Г. *** не имелось.  Оснований отменять или прерывать назначенное заведующим хирургическим отделением П*** В.Г. указанное обследование не имелось. В связи с этим полагает, что к ответственности должны быть привлечены все врачи, допустившие нарушения в лечении П*** Т.Г. Просит отменить обвинительный приговор в отношении Афанасьева А.Г. и постановить в отношении него оправдательный приговор.

 

В судебном заседании апелляционной инстанции:

- осужденный Афанасьев А.Г. и адвокат Федутинов В.А. поддержали доводы, изложенные в апелляционных жалобах, и просили оправдать Афанасьева А.Г. по предъявленному обвинению;

- потерпевшая М*** М.Н. считала доводы, приведенные осужденным в свою защиту, необоснованными и пояснила, что врач Афанасьев А.Г. после осмотра её матери в 11 часов 3 мая 2016 года больше к ней не подходил. Она утверждает об этом уверенно, так как после этого до направления её матери на операцию постоянно находилась с ней рядом, в том числе сама возила её на рентген; 

- прокурор Лобачева А.В. просила приговор суда в отношении осужденного Афанасьева А.Г. оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения, обосновав своё мнение о правильности установленных судом обстоятельств совершенного преступления и обоснованности квалификации действий осужденного Афанасьева А.Г.   

 

Суд апелляционной инстанции, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав участников процесса, находит приговор,  постановленный в  отношении Афанасьева А.Г., подлежащим изменению только в части разрешения судом гражданского иска потерпевшей М*** М.Н.

 

Выводы суда о виновности осужденного Афанасьева А.Г. в ненадлежащем исполнении профессиональных обязанностей врача-хирурга, что по неосторожности повлекло смерть потерпевшей П*** Т.Г., основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и правильно приведенных в приговоре.

Как установил суд, около 15 часов 30 минут 1 мая 2016 года в  терапевтическое отделение ГУЗ “ЦК МСЧ имени заслуженного врача России В.А. Егорова” поступила П*** Т.Г., которой был выставлен диагноз “***”. В связи с осложнением *** П*** Т.Г. в 8 часов 30 минут 03 мая 2016 года дежурным врачом Д*** Д.Т., была назначена консультация хирургом. Дежурный врач-хирург Афанасьев А.Г., осмотрев в 11 часов 00 минут 3 мая 2016 года П*** Т.Г.,  несмотря на жалобы П*** Т.Г. на боли в животе, тошноту и рвоту, расценил её общее состояние как *** степени тяжести и выставил диагноз “***” и назначил обзорную рентгенографию брюшной полости. В 11 часов 20 минут 3 мая 2016 года П*** Т.Г. вновь была осмотрена дежурным хирургом Афанасьевым А.Г., который после осмотра с учетом данных обзорной R-графии брюшной полости, на которой имелись ***, а также, несмотря на жалобы П*** Т.Г. на слабость, тошноту, боли в животе и отсутствие стула в течение 6 дней, расценил ее общее состояние как *** степени тяжести и выставил диагноз “***.”. В ходе данных осмотров врач-хирург Афанасьев А.Г. не уточнил характер болевого синдрома (острый, тупой, режущий), его интенсивность, связь с приемом пищи или употреблением алкоголя, с переменой положения тела, не уточнил характер рвоты, а именно связь с приемом пищи, другие провоцирующие причины, приводит ли рвота к облегчению или нет, в связи с чем, не диагностировал наличие у П*** Т.Г. ***. При этом приглашенный Афанасьевым А.Г. на консультацию ответственный дежурный хирург П*** В.Г. назначил П*** Т.Г. обзорную рентгенографию брюшной полости с контрастом (барием) на 16 часов 00 минут и 22 часа 00 минут 3 мая 2016 года. В 15 часов 30 минут 3 мая 2016 года  П*** Т.Г. вновь была осмотрена дежурным хирургом Афанасьевым А.Г., который вновь, несмотря на жалобы П*** Т.Г. на слабость, боли в эпигастральной области, расценил ее общее состояние как *** степени тяжести, и при этом вновь признаков *** не выявил, поскольку не уточнил характер болевого синдрома (острый, тупой, режущий), его интенсивность, связь с приемом пищи или употреблением алкоголя, с переменой положения тела, не уточнил характер рвоты, а именно связь с приемом пищи, другие провоцирующие причины, приводит ли рвота к облегчению или нет. В 19 часов 30 минут 3 мая 2016 года П*** Т.Г. вновь была осмотрена дежурным хирургом Афанасьевым А.Г., который при наличии жалоб потерпевшей на боли в животе, вздутие живота, расценил ее общее состояние как ***, однако, несмотря на это, надлежащий осмотр потерпевшей не произвел, признаки осложнения *** вновь не выявил и не диагностировал, поскольку не уточнил характер болевого синдрома (острый, тупой, режущий), его интенсивность, связь с приемом пищи или употреблением алкоголя, с переменой положения тела, не уточнил характер рвоты, а именно связь с приемом пищи, другие провоцирующие причины, приводит ли рвота к облегчению или нет. Несмотря на то, что у П*** Т.Г. появились выраженные боли по всему животу, при пальпации живота резкая болезненность по всей поверхности, и, несмотря на тяжелое состояние потерпевшей, отрицательную динамику течения заболевания, в период с 19 часов 50 минут 3 мая 2016 года до 05 часов 50 минут 04 мая 2016 года  врач-хирург Афанасьев А.Г. наблюдение за П*** Т.Г. не осуществил, диагностирование осложнений *** не произвел. При этом 3 мая 2016 года  Афанасьевым А.Г. были изучены три рентгенограммы брюшной полости П*** Т.Г. (одна рентгенограмма без пассажа бария, выполненная 3 мая 2016 года, две рентгенограммы с пассажем бария, выполненные 3 мая 2016 года в 16 часов 00 минут и в 22 часа 30 минут), в ходе которых им были выявлены ***, что свидетельствовало о паралитическом состоянии ***. Однако Афанасьев А.Г. своевременную передачу рентгенограмм органов брюшной полости с пассажем бария 3 мая 2016 года (выполненных в 16 часов 00 минут и в 22 часа 30 минут) на описание дежурному врачу-рентгенологу не осуществил. При наличии рентгенологических признаков *** в соответствии с Клиническими рекомендациями *** Афанасьев А.Г. не назначил зондирование желудка с оценкой количества и характера отделяемого не выполнил. Лишь в 5 часов 40 минут 4 мая 2016 года после осмотра П*** Т.Г. дежурным врачом К*** А.П. потерпевшей была срочно назначена консультация реаниматолога, а в 06 часов 00 минут П*** Т.Г. была переведена в реанимационное отделение, где в 07 часов 25 минут скончалась.

Установленные судом обстоятельства совершенного преступления подтверждаются совокупностью исследованных в сдуе доказательств, в том числе показаниями потерпевшей М*** М.Н., показаниями свидетелей врачей П*** В.Г., П*** Г.Н., заключениями проведенных по делу судебно-медицинских экспертиз, показаниями эксперта Г*** В.Л., исследованными в суде медицинскими документами в отношении П*** Т.Г., анализ и оценка которым даны в приговоре.

В основу приговора положены заключения судебно-медицинских экспертиз  №675-М, №949-М и №716-М, из содержания которых следует, что причиной смерти П*** Т.Г. явилась ***. При оказании П*** Т.Г. медицинской помощи в гастроэнтерологическом отделении ГУЗ “ЦК МСЧ имени заслуженного врача России В.А. Егорова” дежурным врачом-хирургом Афанасьевым А.Г. 3 мая 2016 года были допущены следующие нарушения:

- анамнез и жалобы при болезнях поджелудочной железы и при болях в животе собраны не полноценно, не уточнено, как началась боль (внезапно или постепенно), куда иррадирует боль, какова продолжительность боли, какие факторы усиливают или уменьшают боль, есть ли связь боли с приемом пищи или воды, с изменением положения тела, в частности Афанасьевым А.Г. не был уточнен характер болевого синдрома (острый, тупой, режущий), его интенсивность, связь с приемом пищи или употреблением алкоголя, с переменой положения тела, не был уточнен характер рвоты, а именно связь с приемом пищи, другие провоцирующие причины, приводит ли рвота к облегчению или нет;

- отсутствуют данные о пальпации точек при болезнях поджелудочной железы;

- не назначено УЗИ брюшной полости, эзофагогастродуоденоскопия, в частности Афанасьевым А.Г. при наличии рентгенологических признаков кишечной непроходимости, в соответствии с Клиническими рекомендациями “Острая неопухолевая кишечная непроходимость у взрослых”, не было назначено УЗИ брюшной полости (для определения формы непроходимости) и не выполнено зондирование желудка с оценкой количества и характера отделяемого. УЗИ брюшной полости имеет высокую совокупную диагностическую точность при прободной язве (91%), так как позволяет выявить наличие свободного газа и жидкости в брюшной полости;

- рентгенограммы органов брюшной полости (в том числе с пассажем бария) от 3 мая 2016 года своевременно на описание дежурному врачу-рентгенологу переданы не были (снимки описаны после смерти пациентки), в частности по результатам осмотра П*** Т.Г. в 11 часов 00 минут 3 мая 2016 года Афанасьевым А.Г. была заподозрена ***, для чего была назначена обзорная рентгенография брюшной полости и приглашен на консультацию ответственный дежурный хирург П*** В.Г., которым по результатам осмотра пациентки (с учетом результатов обзорной рентгенографии брюшной полости) была назначена обзорная рентгенография брюшной полости с контрастом (барием) на 16:00 часов, 22:00 часов и 07:00 часов 4 мая 2016 года. На изученных снимках Афанасьевым А.Г. были выявлены ***. При этом в медицинской карте стационарного больного П*** Т.Г. описание рентгенограмм органов брюшной полости П*** Т.Г. с пассажем бария, выполненных 3 мая 2016 года в 16:00 часов и в 22:30 часов, отсутствует. Рентгенограммы брюшной полости П*** Т.Г. от 3 мая 2016 года были посмертно консультированы 4 мая 2016 года в 13 часов 10 минут заведующей рентгенологическим отделением, врачом-рентгенологом Т*** Л.Е., при этом на рентгенограммах брюшной полости с пассажем бария, выполненных 3 мая 2016 года в 16:00 часов и 22:30 часов, выявлен ***;

- при самостоятельном (единоличном) описании рентгенограмм органов брюшной полости с пассажем бария от 3 мая 2016 года Афанасьевым А.Г. *** выявлено не было.

Непосредственной причиной смерти П*** Т.Г. явились ***.

*** был установлен по результатам судебно-гистологического исследования микропрепаратов желудка от трупа П*** Т.Г.

В случае прижизненного диагностирования заболевания, от осложнений которого наступила смерть П*** Т.Г., медицинская помощь ей должна была быть оказана в соответствии с приказом Министерства здравоохранения РФ от 9 ноября 2012 года №773н «Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при язвенной болезни желудка, двенадцатиперстной кишки», а при безуспешности консервативного лечения и возникновении осложнений *** П*** Т.Г. нуждалась в оперативном лечении.

*** протекает в три стадии, начальная стадия длится до 6 часов после прободения, в этой фазе кислый сок из желудка попадает в брюшную полость, вызывая сильное химические повреждение брюшины, проявляющееся внезапной интенсивной болью в животе; вторая фаза (6-12 часов после прободения) характеризуется интенсивной продукцией экссудата, который разбавляет соляную кислоту, что приводит к уменьшению боли в животе; в третьей фазе (от 12 часов до суток после прободения) развивается гнойный перитонит.!%

*** у П*** Т.Г. могло произойти в ночь с 2 на 3 мая 2016 года, когда на фоне относительного благополучия, при проводимой терапии в 2 часа 3 мая 2016 года пациентка стала жаловаться на появившиеся 30 минут назад боли в левом подреберье, по поводу которых был вызван в палату дежурный врач-терапевт. Заподозрить наличие *** у П*** Т.Г. возможно было 3 мая 2016 года с 11 часов 20 минут.

Несмотря на тяжелое состояние пациентки, отрицательную динамику течения заболевания, в период с 19 часов 30 минут 3 мая 2016 года до 5 часов 50 минут 4 мая 2016 года П*** Т.Г. под наблюдением не находилась, что могло явиться одной из причин несвоевременного диагностирования осложнений ***.

Диагностирование *** с 3 по 4 мая 2016 года было возможно.

Полноценный сбор анамнеза врачом-хирургом Афанасьевым А.Г. во время осмотров П*** Т.Г., назначение УЗИ брюшной полости, своевременная передача рентгенограмм органов брюшной полости с пассажем бария 3 мая 2016 года (выполненных в 16:00 часов и 22:30 часов) на описание дежурному врачу-рентгенологу, своевременное выявление рентгенологических и ультразвуковых признаков наличия *** позволили бы заподозрить (диагностировать) у пациентки ***, назначить с диагностической целью эзофагогастродуоденоскопию и в экстренном порядке провести оперативное лечение.

При своевременном диагностировании у П*** Т.Г. осложнения *** и оказания квалифицированной медицинской помощи (экстренное оперативное вмешательство, консервативное лечение в послеоперационном периоде) у пациентки имелись бы значительные шансы на благоприятный исход для жизни.

Нарушения, допущенные врачом-хирургом Афанасьевым А.Г., состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью П*** Т.Г.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований ставить под сомнение  правильность выводов суда по оценке указанных экспертиз, поскольку выводы суда в данной части надлежащим образом мотивированы в приговоре с приведением положений действующего уголовного законодательства, отсутствием какой-либо заинтересованности в исходе лиц, проводивших экспертизы.

Так же, суд, проанализировав содержание проведенных по делу экспертиз, правильно признал, что участие в производстве экспертизы №716-М врача-хирурга Б*** В.А. и предоставление экспертам должностных инструкции врачей-рентгенологов, которые не существовали на момент рассматриваемых событий, каким-либо образом не влияют на законность проведения экспертизы и не ставит под сомнение правильность и полноту её выводов.

Данный вывод суда подтверждается и показаниями  в суде эксперта Г*** В.Л. о том, что указанные выше обстоятельства не препятствовали комиссии экспертов ответить на поставленными перед ними вопросы, в том числе прийти к выводу о том, что  возможность диагностирования *** у П*** Т.Г. была на всех этапах оказания ей медицинской помощи, в том числе и после ее ***. Рентгенологические снимки с контрастом бария были назначены правильно, но, если бы данные снимки, на которых было видно попадание бария в брюшную полость и наличие ***, были своевременно описаны, то врачом-хирургом был бы своевременно выявлен признак ***, которая лечится только оперативным вмешательством.

Кроме того, Г*** В.Л. разъяснил в суде, что указание в исследовательской части на то, что при пальпации живот болезненный, а в выводах экспертизы указывается на то, что пальпация живота не была проведена, не свидетельствует о наличии противоречий в выводах экспертиз, поскольку пальпация живота должна проводиться по конкретно определенным точкам, которые должны быть описаны в медицинской карте, такой информации в карте П*** Т.Г. нет, поэтому экспертами был сделан вывод о том, что пальпация должным образом в соответствии с утвержденными стандартами проведена не была. Косвенные признаки *** у П*** Т.Г. можно было бы заметить и при ультразвуковом исследовании органов брюшной полости пациента. Поскольку врачом-хирургом Афанасьевым А.Г. была заподозрена ***, он должен был назначить и ультразвуковое исследование органов брюшной полости, поскольку такое исследование не противопоказано проводить одновременно с рентгенографией, которая была назначена Афанасьевым А.Г. при первом осмотре без контраста. Те обстоятельства, что УЗИ и ФГДС было назначено П*** Т.Г. терапевтом при её поступлении и проведение данных обследований никем не контролировалось, не исключает обязанности Афанасьева А.Г., как врача-хирурга, при наличии подозрения на острую хирургическую патологию  назначить УЗИ и ФГДС, а также проконтролировать их своевременное проведение для подтверждения либо опровержения предполагаемого диагноза. В случае с П*** Т.Г. имело место атипичное течение болезни, поскольку обычно при *** у пациентов живот твердый, тогда как у П*** Т.Г. живот оставался мягким. П*** Т.Г. нуждалась во всестороннем обследовании, в том числе и инструментальном. Наличие в медицинской карте больной записи о том, что 1 мая 2016 года ей было назначено ФГДС, каким-либо образом не влияет на выводы проведенных по делу экспертиз, поскольку в конечном итоге данное обследование проведено П*** Т.Г. не было, в том числе и Афанасьевым А.Г., у которого была возможность назначить ФГДС до приема П*** Т.Г. бариевой взвеси.

Что касается доводов жалоб о том, что  заключения экспертов №675-М, №949-М и №716-М получены с нарушениями требований уголовно-процессуального закона, а изложенные в них  выводы не могут быть признаны достоверными, то суд апелляционной инстанции находит их неубедительными.

Аналогичные доводы, изложенные осужденным и его защитником в апелляционных жалобах, были предметом тщательной проверки суда первой инстанции, который правильно пришел к выводу о необоснованности данных утверждений стороны защиты.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля заведующий хирургического отделения ГУЗ “ЦК МСЧ имени заслуженного врача России В.А. Егорова” П*** В.Г. показал, что 1 мая 2016 года в терапевтическое отделение на койку гастроэнтерологии поступила П*** Т.Г. 3 мая 2016 года в данное отделение на консультацию был вызван дежурный врач-хирург Афанасьев А.Г. После того, как Афанасьев А.Г. провел осмотр П*** Т.Г., он позвонил ему (П***) около 11 часов 00 минут и попросил прийти на консультацию в терапевтическое отделение. На момент его прихода Афанасьев А.Г. уже произвел первичный осмотр П*** Т.Г., сделал обзорную рентгенографию брюшной полости. На обзорном рентгенологическом снимке определялись единичные кишечные уровни ***, то есть признаки ***. По итогам совместного осмотра был выставлен предварительный диагноз “***” и назначены имфузионная терапия, спазмолитики, а также рентгенография с пассажем бария три снимка с интервалом 4-6 часов – на 16:00 часов, 22:00 часа и 07:00 часов, наблюдение дежурного хирурга Афанасьева А.Г. для контроля пассажа бария по кишечнику больной. На момент их осмотра состояние П*** Т.Г. было оценено как *** тяжести, те назначения, которые были сделаны дежурным врачом-хирургом Афанасьевым А.Г., который в дальнейшем должен был контролировать все назначенные больной обследования, проводить динамическое наблюдение, то есть периодически осматривать ее в зависимости от степени тяжести состояния. Кроме того,  Афанасьев А.Г. должен был проводить осмотр П*** Т.Г. после готовности каждого рентгенологического снимка с контрастом. Готовность описания снимков также должен был контролировать Афанасьев А.Г., поскольку назначение данного обследования было сделано им как дежурным врачом-хирургом. В тех случаях, если медицинский персонал не звонит по поводу готовности снимков или готовности их описания, дежурный врач, назначивший обследование, должен сам интересоваться готовностью снимков, а также готовностью описания данных снимков врачом-рентгенологом. Если больной наблюдается несколькими специалистами, то контроль за исполнением назначений осуществляют те врачи-специалисты, которые назначили обследование. Полагает, что после готовности первого снимка с пассажем бария и своевременности его описания, можно было заподозрить *** и поставить правильный диагноз, поскольку на первом снимке с контрастом, согласно рентгенологическому описанию, в брюшной полости П***!% Т.Г. уже наблюдается свободный газ. Афанасьев А.Г. при просмотре рентгенограмм не увидел свободный газ и выход бария в свободную брюшную полость. Отметил, что *** лечится только хирургическим путем, при этом основными и первыми симптомами *** являются кинжальные боли в животе и   “доскообразный” живот, то есть очень жесткий. При их совместном осмотре данных симптомов у П*** Т.Г. не было, она не жаловалась на кинжальные боли, живот был мягким. Возможность проведения ФГДС после приема пациентом пассажа бария нецелесообразно ввиду нахождения в желудке пациента бариевой взвеси. Если проведение ФГДС обусловлено срочной необходимостью, то после промывания желудка возможно проведение данного обследования.

Заведующий терапевтическим отделением ГУЗ “ЦК МСЧ имени заслуженного врача России В.А. Егорова” П*** Г.Н. показал в суде, что с 3 мая 2016 года больная П*** Т.Г. находилась, в том числе,  под наблюдением дежурного врача-хирурга Афанасьева А.Г., назначившего ей рентгенографию брюшной полости с пассажем бария. Афанасьев А.Г. должен был контролировать все сделанные рентгенологические снимки на предмет прохождения бариевой взвеси по кишечнику П*** Т.Г. Рентгенологическое описание снимков должно было быть сделано сразу же после их готовности. Контроль за своевременностью описания снимков должен был осуществлять Афанасьев А.Г., поскольку данное обследование было назначено им как дежурным врачом-хирургом. Полагает, что правильный диагноз не был поставлен, в том числе и потому, что было нетипичное течение болезни (***), о которой не было никаких данных в анамнезе. Также пояснил, что уже после смерти им осматривались все рентгенологические снимки, на которых видны уровни кишечника, что свидетельствует о наличии воздуха в брюшной полости вследствие прободения полого органа. Такие уровни могут свидетельствовать и о других заболеваниях, например *** либо ***. Несмотря на то, что пациент лежала в терапевтическом отделении, *** у П*** Т.Г. должен был диагностировать хирург, то есть Афанасьев А.Г., кроме того, врач-терапевт вызвал дежурного хирурга для осмотра П*** Т.Г., поскольку появились подозрения на хирургическую патологию у больной.

Вопреки доводам жалоб, показаниям свидетелей врачей Ш*** А.Н., В*** О.Б., П*** В.Г., К*** А.П., А*** М.О., Т*** Л.Е. суд дал надлежащую оценку и правильно пришел к выводу, что указанные ими обстоятельства лечения больной П*** Т.Г. не ставят под сомнение правильность установленных судом обстоятельств  совершенного преступления, а также виновность Афанасьева А.Г. в его совершении.  

Оценив приведенные показания потерпевшей и свидетелей, суд считает, что они по основным юридически значимым для дела обстоятельствам носят последовательный и подробный характер.

Анализ и оценка показаний самого Афанасьева А.Г. в приговоре приведены в совокупности со всеми собранными по делу доказательствами. Суд правильно расценил избранную Афанасьевым А.Г. позицию как способ защиты от предъявленного ему обвинения.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционных жалоб о том, что Афанасьев А.Г. надлежащим образом выполнил свои профессиональные обязанности, а совершенные им деяния не состоят в причинной связи со смертью П*** Т.Г., поскольку судом правильно установлено, что врач-хирург Афанасьев А.Г., привлеченный к лечению больной П*** Т.Г.,  имел возможность принять все необходимые меры для постановки правильного диагноза и проведении профессионального лечения П*** Т.Г. Для этого необходимо было подробно собрать анамнез заболевания, выявить жалобы больного, произвести объективное исследование. Однако этого им сделано не было.

Таким образом, правильно установив фактические обстоятельства совершенного Афанасьевым А.Г. преступления, суд правильно пришел к выводу о наличии непосредственной причинно-следственной связи между совокупностью  указанных фактов ненадлежащего исполнения Афанасьевым А.Г. своих профессиональных обязанностей и наступившим неблагоприятным исходом для П*** Т.Г.

Юридическая оценка действий Афанасьева А.Г. по ч.2 ст.109 УК РФ судом дана верная.

Судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона, в пределах, установленных ст.252 УПК РФ, объективно, без обвинительного уклона. Не установлено по делу и нарушений основных принципов уголовного судопроизводства, а также нарушения прав осужденного на защиту. Все заявленные  в судебном заседании ходатайства были рассмотрены, по ним приняты мотивированные решения, в том числе и по ходатайству осужденного Афанасьева А.Г. о допуске в качестве его защитника наряду с адвокатом Грачевым А.А. представителя А*** К.Г. Как следует из протокола судебного заседания, данное ходатайство  было обоснованно осужденным тем, что А*** К.Г. принимает участие в качестве его представителя в суде при рассмотрении гражданского дела по иску потерпевшей М*** М.Н.   При этом интересы Афанасьева А.Г. в судебном заседании представлял профессиональный адвокат, которому подсудимый доверил свою защиту как от предъявленного ему обвинения, так и в качестве ответчика по иску потерпевшей М*** М.Н.

Учитывая задачи правосудия, которые предполагают обеспечение обвиняемому права на оказание квалифицированной юридической помощи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии факта нарушения права на защиту осужденного Афанасьева А.Г. в связи с отказом суда в удовлетворении ходатайства о допуске наряду с адвокатом в качестве защитника А*** К.Г.

Статья 74 УПК РФ определяет понятии и виды доказательств в уголовном судопроизводстве, а согласно статье 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением его требований, являются недопустимыми. В соответствии же с частью пятой статьи 241 УПК РФ лица, присутствующие в открытом судебном заседании, вправе самостоятельно вести аудиозапись и письменную запись.

Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что участники процесса вправе в порядке, установленном законодательством, в том числе статьями 119-122 УПК РФ, заявить ходатайство о приобщении к делу материалов, полученных в результате фиксации хода судебного разбирательства (п.16 постановления от 13 декабря 2012 года №35 “Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов”). Решение суда об удовлетворении или об отказе в удовлетворении такого ходатайства должно отвечать требованиям законности, обоснованности и мотивированности (ч.4 ст.7 УПК РФ).

Согласно протоколу судебного заседания осужденный Афанасьев А.Г. и его защитник не заявляли ходатайств о приобщении к материалам уголовного дела аудиозаписи судебных заседаний.

Вместе с тем, замечания на протокол судебного заседания, содержащиеся в апелляционной жалобе осужденного Афанасьева А.Г., рассмотрены председательствующим по делу в установленном законом порядке. Постановление судьи мотивировано.

Наказание Афанасьеву А.Г., как основное, так и дополнительное, назначено справедливое, с учетом положений ст.60 УК РФ, данных о  его личности  и конкретных обстоятельств дела.

Суд обоснованно, на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, освободил Афанасьева А.Г. от отбывания назначенного ему наказания за истечением срока давности уголовного преследования за данное преступление, установленные ст.78 УК РФ.  

Принимая решение об отказе в удовлетворении гражданского иска М*** М.Н. о компенсации  морального вреда, причиненного преступлением, суд сослался на наличие в производстве суда гражданского дела по аналогичному иску потерпевшей М*** М.Н.

Однако, согласно  положением ч.3 ст.306 УПК РФ суд отказывает в удовлетворении гражданского иска только при постановлении оправдательного приговора, вынесении постановления или определения о прекращении уголовного дела по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст.24 УПК РФ (отсутствие события преступления) и п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ (непричастность обвиняемого к совершению преступления). В остальных случаях суд оставляет гражданский иск без рассмотрения.

Поскольку в отношении Афанасьева А.Г. постановлен обвинительный приговор с освобождением его от наказания на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ приговор суда в части разрешения гражданского иска М*** М.Н. подлежит изменению с указанием в его резолютивной части об оставлении гражданского иска без рассмотрения. 

Существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену  приговора, не установлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 289.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

 

ПОСТАНОВИЛ:

 

приговор Засвияжского районного суда г.Ульяновска от 17 августа 2018 года в отношении Афанасьева Андрея Геннадьевича изменить, указать в резолютивной части приговора на оставление гражданского иска М*** М.Н. без рассмотрения.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

 

Председательствующий