УЛЬЯНОВСКИЙ
ОБЛАСТНОЙ СУД
Судья *** Дело № 22-1910/2015
А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р
Е Д Е Л Е Н И Е
г. Ульяновск 26 августа 2015 года
Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного
суда в составе:
председательствующего судьи Максимова М.Н.,
судей Старостина
Д.С. и Геруса М.П.,
с участием прокурора Рябова И.В.,
адвокатов Большаковой С.Е., Басманова А.Г. и Басмановой
Л.Н.,
осужденных Мосалева Е.Н., Мокрова А.С.,
при секретаре Царевой Е.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденных
Мосалева Е.Н., Мокрова А.С. и апелляционное представление государственного
обвинителя Олейника О.А. на приговор Ленинского районного суда г. Ульяновска от
08 июля 2015 года, которым
МОСАЛЕВ Е*** Н***,
*** не судимый,
осужден:
- по ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ к лишению
свободы сроком на 8 лет;
- по ч. 4 ст. 166 УК РФ к лишению свободы сроком на 6 лет;
- по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с
удержанием 20% заработка в доход государства, в местах, определяемых органами
местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительными инспекциями,
но в районе места жительства осужденного.
На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, с учетом положений ст. 71 УК
РФ, по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний,
окончательно назначено Мосалеву Е.Н. наказание в виде лишения свободы сроком на
10 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
Мера пресечения в отношении Мосалева Е.Н. с домашнего ареста
изменена на заключение под стражу и до вступления приговора в законную силу
постановлено содержать его под стражей в ФКУ СИЗО-*** УФСИН России по
Ульяновской области.
Срок отбывания наказания Мосалеву Е.Н. постановлено
исчислять с 08 июля 2015 года. Зачтено Мосалеву Е.Н. в срок отбывания наказания
срок его домашнего ареста с 30 ноября 2014 года по 07 июля 2015 года
включительно.
МОКРОВ А*** С***,
*** ранее судимый:
- 17 июля 2014 года по пп. «а», «б» ч. 2 ст.158 УК
РФ к 420 часам обязательных работ, снят с учета 24 ноября 2014 года в связи с
отбытием наказания,
осужден по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 166 УК РФ к наказанию в
виде лишения свободы сроком на 4 года с отбыванием наказания в исправительной
колонии строгого режима.
Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем
поведении Мокрову А.С. изменена на заключение под стражу и до вступления
приговора в законную силу постановлено содержать его под стражей в ФКУ СИЗО-***
УФСИН России по Ульяновской области.
Срок отбывания наказания постановлено исчислять с 08 июля
2015 года.
Гражданский иск потерпевшего К***ко А.Н. о взыскании
денежной компенсации морального вреда удовлетворен частично.
Постановлено взыскать:
- с Мосалева Е.Н. в
пользу К***ко А.Н. 500 000 рублей,
- с Мокрова А.С. в пользу
К***ко А.Н. 100 000 рублей.
- с Мосалева Е.Н. в пользу потерпевшей А***ой Г.А. в счет
возмещения причиненного преступлением материального ущерба 4434 рубля.
Решен вопрос о вещественных доказательствах.
Заслушав доклад судьи Старостина Д.С., выступления
участников процесса, судебная коллегия
У С Т А Н О В И Л А:
Мокров А.С. признан виновным в неправомерном завладении
автомобилем без цели хищения (угоне), группой лиц по предварительному сговору,
с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья.
Мосалев Е.Н. признан виновным в покушении на убийство, то есть покушении на умышленное
причинение смерти другому человеку, с целью облегчить совершение другого
преступления; неправомерном завладении автомобилем без цели хищения (угоне), с
применением насилия,
опасного для жизни или здоровья, а также в краже, то есть тайном
хищении чужого имущества.
Преступления совершены в г. Ульяновске при обстоятельствах,
подробно изложенных в приговоре суда.
В апелляционной жалобе осужденный Мокров А.С. считает
приговор незаконным и необоснованным, указывая на несправедливость и суровость
назначенного наказания. Поскольку суд положил в основу приговора его
первоначальные показания и явку с повинной, то должен был учесть признание вины
и активное способствование раскрытию и расследованию группового преступления.
При этом суд не учел, что и в данных показаниях и явке с повинной он не сообщал
о применении с его стороны насилия к потерпевшему К***ко. Кроме ножевых ранений
у потерпевшего К***ко обнаружено только одно повреждение – кровоподтек левого
глаза, которое ему причинил Мосалев. Он же (Мокров) не мог причинить телесных
повреждений потерпевшему и не наносил ему ударов, в том числе в область левого
глаза, так как в автомобиле находился сзади и не имел возможности этого
сделать. Несмотря на данные доводы стороны защиты, суд не дал данному
обстоятельству надлежащей оценки. Показания потерпевшего К***ко о том, что он и
Мосалев нанесли ему множественные удары, в том числе в область головы и тела,
опровергаются заключением судебно-медицинской экспертизы, из которого следует,
что у потерпевшего обнаружено, кроме ножевого ранения, лишь повреждение в виде кровоподтека в области
левого глаза от воздействия тупого твердого предмета. Поскольку автомобиль
такси вызывался по телефону, абонентским номером которого он пользовался, то
это подтверждает то обстоятельство, что он не имел умысла на угон, иное было бы
неразумным. Признает вину в том, что не воспрепятствовал угону автомобиля и не сообщил
об этом в правоохранительные органы. Просит приговор изменить и назначить ему
наказание, не связанное с реальным лишением свободы.
В апелляционной жалобе (основной и дополнительной)
осужденный Мосалев Е.Н. считает приговор незаконным и необоснованным в связи с
несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Мотивирует тем,
что предварительного сговора с Мокровым на угон автомобиля у него не было,
умысла на убийство потерпевшего К***ко, являвшегося водителем такси, он не имел,
удар ножом потерпевшему нанес на почве возникшего конфликта, поскольку
потерпевший внезапно остановил автомобиль, просит в данной части
переквалифицировать его действия на ч. 1 ст. 111 УК РФ. Возможность убить
потерпевшего у него имелась, но его смерти он не желал, поэтому и перестал
наносить удары потерпевшему ножом по своей воле и выбросил нож, когда вышел из
автомобиля вслед за К***ко, с которым хотел уладить конфликт. К***ко в судебном
заседании подтвердил, что ножа у него (Мосалева) в этот момент в руках не было.
Умысел на угон автомобиля у него возник лишь после того, как К***ко скрылся с
места происшествия, сговора на угон автомобиля с Мокровым не имелось и в после
этого, в связи с чем просит его действия в части угона автомобиля
квалифицировать по ч. 1 ст. 166 УК РФ, назначив по данной статье, а также по ч.
1 ст. 158 УК РФ, наказание, не связанное с лишением свободы и применить акт об
амнистии, по ч. 1 ст. 111 УК РФ просит назначить наказание в соответствии со
ст. 73 УК РФ, приняв решение об условном осуждении.
В возражениях на апелляционные жалобы осужденных Мосалева
Е.Н. и Мокрова А.С. государственный обвинитель Олейник О.А. считает их доводы
несостоятельными. Указывает, что виновность Мосалева и Мокрова в совершении
инкриминированных преступлений нашла свое полное подтверждение исследованными
по делу доказательствами. Вопреки доводам жалоб, показания потерпевшего К***ко являлись
последовательными как в ходе предварительного следствия, так и в судебном
заседании, подтверждаются другими объективными доказательствами по делу. По
делу достоверно установлено, что Мосалев для облегчения совершения угона, выйдя
за рамки предварительной договоренности с Мокровым, с целью лишения жизни,
нанес потерпевшему К***ко удары ножом, однако довести свой преступный умысел на
убийство не смог, поскольку потерпевшему удалось убежать. При таких
обстоятельствах считает, что суд правильно квалифицировал действия Мосалева по
ч. 3 ст. 30, п. «к» ч. 2 ст. 105, ч. 4 ст. 166 УК РФ. Доводы Мосалева о том,
что удары ножом он нанес К***ко в ходе ссоры, в предварительный сговор с
Мокровым на угон не вступал, проверялись судом и были признаны
несостоятельными. Считает, что оснований для переквалификации действий Мосалева
на ч. 1 ст. 111 и ч. 1 ст. 166 УК РФ не имеется. Доводы Мокрова о том, что
удары потерпевшему К***ко он не наносил, его автомобиль не угонял, с Мосалевым
ни о чем не договаривался, также проверялись и обоснованно признаны
несостоятельными. При назначении наказания судом учтены все смягчающие
наказание обстоятельства, сведения о личности Мосалева и Мокрова, состав их
семей. Просит апелляционные жалобы осужденных оставить без удовлетворения, а
приговор суда отменить по доводам, изложенным в апелляционном представлении.
В апелляционном представлении государственный обвинитель
Олейник О.А. считает приговор незаконным и необоснованным, поскольку судом
недостаточно полно мотивирована квалификация преступлений, вид и размер
назначенного наказания. В описательно-мотивировочной части приговора судом
допущены существенные противоречия. Так, суд указал, что Мокров совершил
неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), группой лиц по
предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья,
Мосалев совершил неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон),
с применением насилия, опасного для жизни и здоровья. В последующем суд
указывает, что квалифицирует действия Мокрова как неправомерное завладение
автомобилем без цели хищения (угон), группой лиц по предварительному сговору, с
применением насилия, не опасного для жизни или здоровья, Мосалева – как
неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), с применением
насилия, опасного для жизни и здоровья. При этом суд, признав доказанным и в
приговоре указав, что Мокров и Мосалев вступили в предварительный сговор на
совершение угона автомобиля, квалифицируя действия Мокрова, указал, что он
совершил неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), группой
лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для жизни
или здоровья. Между тем, квалифицируя действия Мосалева по данному эпизоду, суд
в приговоре указал, что он совершил неправомерное завладение автомобилем без
цели хищения (угон), с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, не
указав о наличии в его действиях квалифицирующего признака совершения угона группой лиц по
предварительному сговору. Данные противоречия являются существенными.
Считает также необоснованным исключение судом из обвинения
Мокрова квалифицирующего признака угона с применением насилия, опасного для
жизни и здоровья, поскольку достоверно установлено, что Мокров наносил
потерпевшему К***ко множественные удары со значительной силой, в том числе в
область головы, что подтверждается показаниями потерпевшего. Учитывая данные
обстоятельства, внезапность и интенсивность совершенного нападения, насилие,
примененное Мокровым к потерпевшему, является опасным для жизни и здоровья.
Кроме этого, при назначении Мокрову наказания судом нарушен
уголовный закон, вид режима исправительного учреждения назначен неправильно в
виде исправительной колонии строгого режима, тогда как Мокров ранее судим за
преступление средней тяжести к наказанию в виде обязательных работ, в его
действиях имеется рецидив преступлений, вместе с тем наказание в виде лишения
свободы ранее он не отбывал, в связи с чем
суду следовало назначить для отбывания наказания исправительную колонию
общего режима. Указывает также на несправедливость приговора вследствие его
чрезмерной мягкости, формально судом учтены данные о личности осужденных, в
обстоятельства, относящиеся к характеру и степени общественной опасности
совершенных преступлений. Полагает, что Мокрову и Мосалеву необходимо назначить
более строгое по размеру наказание, связанное с изоляцией от общества. Просит
отменить приговор в отношении Мосалева Е.Н. и Мокрова А.С. и вынести новый
приговор.
В судебном заседании апелляционной инстанции:
- осужденные Мосалев Е.Н., Мокров А.С., адвокаты Большакова
С.Е., Басманов А.Г. и Басманова Л.Н. поддержали доводы апелляционных жалоб в
полном объеме, возражали против доводов апелляционного представления;
- прокурор Рябов И.В. возражал против доводов апелляционных
жалоб, просил отменить приговор по доводам апелляционного представления.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб
и апелляционного представления, заслушав выступления сторон, судебная коллегия
находит приговор суда подлежащим изменению.
Выводы
суда первой инстанции о виновности Мосалева Е.Н. и Мокрова А.С. в совершении
вышеуказанных преступлений соответствуют фактическим обстоятельствам дела и
основаны на совокупности всесторонне, полно и объективно исследованных в ходе
судебного разбирательства доказательств, которым суд в соответствии со статьей
88 УПК РФ дал в приговоре надлежащую оценку.
По эпизоду покушения на убийство потерпевшего К***ко
А.Н. и угона автомобиля, принадлежащего Л***ко О.В.
Согласно
показаниям потерпевшего К***ко А.Н., подтвержденным им в ходе очных ставок с
осужденными, а также в ходе следственного эксперимента, он, работая таксистом, ***
ноября 2014 года в вечернее время, получив от диспетчера сообщение о вызове
такси к клубу «П***» в г. Ульяновске, забрал клиентов (осужденных по данному
делу), при этом Мосалев сел на переднее пассажирское место, Мокров сел на
заднее пассажирское место. По указанию Мосалева стал следовать на ул. Урицкого
г. Ульяновска, прибыли на участок местности около теплотрассы, недалеко от торгового
центра «М***» на ул. У***. Поскольку
далее отсутствовало освещение, дорога вела в тупик, он остановил
автомобиль, отказавшись следовать дальше. В это время Мосалев внезапно
повернулся к нему и нанес удар ножом в область живота, после чего Мосалев
пытался нанести ему еще не менее двух ударов ножом, которые пришлись по его (К***ко)
руке. В это же время Мокров одной рукой схватил его сзади за куртку, а другой
стал бить в область головы и тела. Опасаясь за свою жизнь, он открыл дверь и
выбежал из машины. При этом Мосалев с ножом в руке стал преследовать его,
догнал и схватил его, но он оказал Мосалеву активное сопротивление.
Освободившись, он хотел убежать, однако в этот момент Мокров ударил его кулаком
в лицо, отчего он упал на землю. Затем Мосалев и Мокров нанесли ему удары
руками и ногами по голове и телу. Ему удалось оказать сопротивление, после чего
он убежал к ТЦ «М***». Когда он выбежал на дорогу, Мосалев и Мокров отстали,
водитель попутного автомобиля довез его до торгового центра, где охранники
вызвали скорую помощь и полицию.
Из показаний потерпевшей Л***ко О.В. следует, что ей
принадлежит автомобиль «Х***», государственный регистрационный знак ***,
который она передала К***ко А.Н. для работы в такси. *** ноября 2014 года от сотрудников полиции
ей стало известно, что этот автомобиль угнан, а К***ко были нанесены ножевые
ранения.
Об аналогичных обстоятельствах совершения преступлений,
ставших известными от потерпевшего К***ко А.Н., суду показали свидетели К***ко
Н.А., Б***в С.А.
Свидетель З***ва Е.А., являющаяся медицинским работником
скорой помощи, показала также о том, что ранение, имевшееся у потерпевшего К***ко,
в случае промедления с оказанием
медицинской помощи, могло привести к летальному исходу.
Свидетели Т***в В.В. и К***в А.А., являющиеся сотрудниками
полиции, суду показали, что в результате оперативно-розыскных мероприятий в
связи с нападением на водителя такси вечером *** ноября 2014 года на ул. М***
г. Ульяновск был задержан автомобиль «***», государственный регистрационный
знак ***, под управлением Мосалева Е.Н., подтвердившего, что данный автомобиль
был угнан, в автомобиле находились также братья Мокровы.
Показаниями
свидетеля М***ой М.А. подтверждается, что ее сын Мокров А.С. пользовался
абонентским номером мобильного телефона 8***, с которого, как установлено
судом, был сделан *** ноября 2014 года звонок в службу такси, что согласуется
со сведениями о телефонных соединениях данного абонентского номера.
Свидетель
Мокров С.С. подтвердил. что *** ноября 2014 года был приглашен Мосалевым Е.Н. и
Мокровым А.С. покататься на автомобиле «Х*** ***», которым управлял Мосалев,
последний пояснил, что ударил ножом таксиста.
Суд, оценив показания указанных выше свидетелей, наряду со
всеми другими доказательствами, исследованными судом и описанными в приговоре,
обоснованно признал их допустимыми и достоверными.
Поскольку
показания потерпевшего К***ко А.Н. соответствуют другим доказательствам,
принимая во внимание отсутствие у него причин к оговору Мосалева Е.Н. и Мокрова
А.С., суд обоснованно признал показания потерпевшего достоверными, они
полностью согласуются с данными осмотра места происшествия, выводами судебных
биологических экспертиз, установивших наличие на одежде К***ко А.Н., Мосалева
Е.Н., на чехлах сидений указанного выше автомобиля крови человека, которая могла
произойти от К***ко А.Н., а также заключением медико-криминалистической
экспертизы, согласно которому
повреждение на одежде потерпевшего образовалось в результате
однократного воздействия колюще-режущего предмета типа плоского одностороннеострого
клинка ножа.
Вопреки доводам апелляционных
жалоб, заключения судебных медицинских экспертиз подтверждают виновность
осужденных, поскольку согласно их выводов у потерпевшего К***ко А.Н. были
обнаружены телесные повреждения в виде колото-резаного проникающего слепого
ранения живота (рана передней стенки живота справа между сосковой и
окологрудинной линиями) с повреждением брыжейки тонкой кишки и сосуда брыжейки
тонкой кишки, стенки тонкой кишки, осложнившегося гемоперитонеумом,
причинившего тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; резаной раны
тыльной поверхности основной фаланги 1-го пальца правой кисти, резаной раны
основной фаланги 2-го пальца правой кисти по боковой поверхности, обращенной в
сторону 1 пальца на границе с пястно-фаланговым суставом, расценивающиеся как легкий вред здоровью по
признаку кратковременного расстройства здоровья; кровоподтека в области
левого глаза, не причинившего вреда здоровью, которые могли быть причинены в
срок и при обстоятельствах, изложенных потерпевшим К***ко А.Н.
При этом колото-резаное
проникающее слепое ранение живота и две резаные раны пальцев правой кисти были
получены от воздействия колюще-режущего предмета, каким мог быть клинок ножа, а
кровоподтек в области левого глаза – от воздействия тупого твердого предмета.
Оснований не доверять данным заключениям экспертов не
имелось, поскольку экспертизы проведены с соблюдением требований УПК РФ,
Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной
судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», квалифицированными
экспертами, которые были предупреждены об уголовной ответственности за дачу
ложного заключения, заключения содержат подробное описание проведенного
исследования, сделанные в результате проведенных экспертиз выводы и ответы на
поставленные органом предварительного следствия вопросы мотивированы, основаны
на всей совокупности материалов уголовного дела. Заключения экспертиз являются
достаточно ясными и полными, новых вопросов, влекущих необходимость назначения
дополнительных либо повторных экспертиз в отношении потерпевшего, не имеется.
Место совершения преступлений, а также время и
обстоятельства их совершения, судом установлены верно, суд обоснованно исходил
из исследованных по делу доказательств.
Доводы осужденных об отсутствии между ними предварительного
сговора на угон автомобиля, доводы об отсутствии у осужденного Мосалева Е.Н.
умысла на убийство потерпевшего К***ко А.Н. верно судом признаны не
соответствующими фактическим обстоятельствам дела, поскольку, наряду с показаниями
потерпевшего, они опровергаются и другой совокупностью исследованных
доказательств.
Так, при допросах в качестве подозреваемого ***.12.2014 и
обвиняемого ***.12.2014, Мокров А.С.
признавал свою вину и показывал, что Мосалев предложил ему угнать автомобиль,
на что он согласился, они договорились вызвать такси, применив к водителю
насилие, не опасное для жизни и здоровья, вытолкав водителя из автомобиля.
После этого Мосалев с телефона Мокрова позвонил в службу такси и вызвал такси к
ночному клубу «***». Около 19 часов к ним подъехал автомобиль такси модели «Х***»
под управлением К***ко. Мосалев назвал адрес, и они поехали на ул. У***, при
этом в пути Мосалев кивками головы подтверждал намерения совершить угон именно
этого автомобиля. В районе гаражей между ТЦ «М***» и заправкой на ул. У*** г. Ульяновска К***ко остановил автомобиль,
Мосалев нанес водителю удар кулаком. Он (Мокров) присоединился к действиям
Мосалева, левой рукой схватил водителя за плечо, а правой нанес К***ко два
удара по голове. При этом Мосалев внезапно для него (Мокрова) ударил К***ко
ножом в область живота, предварительной договоренности о чем между ними не
было. Водитель выбежал из автомобиля, а Мосалев погнался за ним. К***ко бежал в
сторону ТЦ «***», когда Мосалев догнал и схватил его, то потерпевший оказал
сопротивление Мосалеву и убежал. После этого на автомобиле, оставленном
потерпевшим, они поехали кататься, Мосалев ему пояснил, что хотел убить
водителя.
Об аналогичных обстоятельствах совершения преступлений
собственноручно осужденный Мокров А.С. сообщил в явке с повинной, что также
подтвердил в ходе очной ставки с Мосалевым Е.Н.
Как следует из первоначальных показаний Мосалева Е.Н. в
качестве подозреваемого и обвиняемого, он нанес К***ко многочисленные удары
кулаками в область головы и ударил ножом в область живота, так как решил убить
его. Когда же потерпевший выбежал из автомобиля, то он стал догонять
потерпевшего с целью продолжить нанесение ударов, имея умысел на убийство, но К***ко
оказал сопротивление и скрылся. После этого они с Мокровым на автомобиле К***ко
поехали кататься.
В явке с повинной Мосалев Е.Н. изложил аналогичные
обстоятельства совершения преступлений, указав, что хотел убить К***ко, и
именно с этой целью нанес потерпевшему удар ножом в область живота. Осуществить
свои намерения и убить К***ко он не смог, так как тот оказал сопротивление и
убежал.
В ходе проверки показаний на месте Мосалев Е.Н.
продемонстрировал нанесение удара водителю автомобиля ножом в область живота,
указал место недалеко от участка, на котором располагался автомобиль, где он
потерял нож.
На очной ставке с Мокровым А.С. Мосалев Е.Н. также показал,
что удар ножом потерпевшему нанес с целью убийства.
Таким образом, правильно оценив первоначальные показания
Мокрова А.С. и Мосалева Е.Н. в их совокупности с другими доказательствами по
делу, суд сделал верный вывод о том, что в части обстоятельств причинения
потерпевшему ножевых ранений они последовательны и согласуются между собой. При
этом из данных показаний следует, что Мосалев Е.Н. наносил К***ко А.Н. удары
ножом с целью убийства, когда же потерпевший защитился от части ударов, и
выбежал из автомобиля, Мосалев Е.Н., желая довести свой умысел, направленный на
убийство потерпевшего, до конца, стал преследовать его, лишь в результате
активного сопротивления К***ко, которому удалось убежать с места происшествия,
Мосалев Е.Н. не довел свой преступный умысел, направленный на убийство, до
конца.
Вопреки доводам осужденного Мосалева Е.Н. и защитников,
характер действий Мосалева Е.Н., учитывая первоначальные показания Мокрова А.С.
об отсутствии конфликта между Мосалевым
и водителем, а также о наличии между осужденными предварительного сговора на
угон автомобиля, установлено, что Мосалев Е.Н. покушался на убийство не на
почве внезапно возникших личных неприязненных отношений с водителем такси, а именно
с целью облегчить совершение неправомерного завладения автомобилем.
Указанные показания потерпевших и свидетелей в совокупности
с выводами экспертов достоверно свидетельствуют о том, что *** ноября 2014
года, в ходе неправомерного завладения
принадлежащим Л***ко О.В. автомобилем «Х*** ***с», Мосалев Е.Н. и Мокров А.С.,
действуя по предварительному сговору на угон, совместно нанесли водителю
данного автомобиля К***ко А.Н. множественные удары руками и ногами по различным
частям тела, а Мосалев Е.Н., кроме этого, вышел за рамки предварительной
договоренности с Мокровым А.С., и, желая облегчить совершение угона, с целью
убийства нанес потерпевшему три удара ножом. В результате Мосалев Е.Н.,
действуя самостоятельно, причинил К***ко А.Н. колото-резаное ранение живота,
квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и
две резаные раны пальцев правой кисти, квалифицирующиеся как легкий вред
здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья, однако не смог
довести до конца свой умысел на убийство с целью облегчить совершение другого
преступления по независящим от него обстоятельствам.
При этом доводы Мосалева Е.Н., что он не собирался убивать потерпевшего
К***ко А.Н., а нанес удар ножом потерпевшему на почве внезапно возникших личных
неприязненных отношений, а также утверждения осужденных, что они не вступали в
предварительный сговор, не собирались угонять автомобиль, и не договаривались
заранее о применении насилия к его водителю, судом верно признаны
недостоверными.
Вопреки доводам осужденных и защитников, оснований для
признания первоначальных показаний Мосалева Е.Н. и Мокрова А.С. недопустимыми
доказательствами не имеется, их доводы о том, что эти показания даны были в
результате незаконного воздействия сотрудников правоохранительных органов,
судом первой инстанции проверялись, не нашли своего объективного подтверждения,
опровергнуты показаниями допрошенных в судебном заседании в качестве свидетелей
сотрудников правоохранительных органов Г***ва И.В., Ч***ва С.И. и Х***ва Э.З.,
согласно которым все следственные действий с Мокровым Е.Н. и Мосалевым А.Н.
проводились в полном соответствии с требованиями УПК РФ, показания записывались
с их слов, при допросах подозреваемых и обвиняемых присутствовали их защитники.
Соблюдение права на защиту Мокрова А.С. и Мосалева Е.Н. подтверждается
и материалами уголовного дела, согласно которым при производстве следственных
действий с их участием присутствовали защитники в лице адвокатов, о чем свидетельствуют,
в том числе и ордера адвокатов. Каких-либо оснований полагать, что участвующим
защитникам заявлялись по каким-либо основаниям отводы, а также о том, что они были
заинтересованы в обвинительном уклоне расследования уголовного дела, в связи с
чем ненадлежащим образом осуществляли защиту Мосалева Е.Н. и Мокрова А.С., не
имеется.
Как правильно указано в приговоре, о предварительном сговоре
на угон автомобиля с применением насилия свидетельствует согласованность
действий Мокрова А.С. и Мосалева Е.Н., а о наличии у Мосалева Е.Н.
самостоятельного умысла на убийство потерпевшего - характер его внезапных действий,
неоднократное нанесение ударов ножом, то есть предметом, обладающим большой
поражающей способностью, в том числе в область расположения жизненно важных
органов – живот потерпевшего.
Доводы жалобы Мокрова А.С. о том, что он не применял к К***ко
А.Н. насилия, также были предметом рассмотрения в суде первой инстанции,
обоснованно отклонены, поскольку опровергаются показаниями потерпевшего, доводы
же Мокрова А.С. и защитников об обратном какого-либо объективного подтверждения
не имеют.
При этом с доводами апелляционного представления о том, что
Мокровым А.С. в отношении потерпевшего было применено насилие, опасное для
жизни и здоровья, судебная коллегия также не соглашается, поскольку достаточной
совокупности доказательств этого суду не представлено.
Правильно установив обстоятельства совершения преступлений,
суд первой инстанции, учитывая отказ государственного обвинителя от
предъявленного Мокрову А.С. обвинения в совершении преступления,
предусмотренного пп. «ж», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а также об исключении из
обвинения Мосалева Е.Н. в покушении на убийство квалифицирующего признак
совершения преступления группой лиц по предварительному сговору, пришел также к
верному выводу, вопреки доводам апелляционного представления, об отсутствии в
действиях Мокрова А.С. квалифицирующего признака совершения угона с применением
насилия, опасного для жизни или здоровья,
поскольку применение такого насилия умыслом Мокрова А.С. не охватывалось,
предварительный сговор на угон предусматривал применение к потерпевшему
насилия, не опасного для жизни и здоровья, Мокровым А.С. было применено насилие
к потерпевшему, не опасное для жизни или здоровья, а телесные повреждения,
квалифицирующиеся как легкий и тяжкий вред здоровью потерпевшему, причинил
потерпевшему Мосалев Е.Н., выйдя за рамки предварительного сговора.
Учитывая, что насилие, опасное для жизни и здоровья, к
потерпевшему Мосалев Е.Н. применил за рамками предварительного сговора,
квалификация судом его действий по ст. 166 ч. 4 УК РФ без указания о
квалифицирующем признаке предварительного сговора существенным противоречием в
данном случае, влияющим на законность и обоснованность приговора, не является.
При таких обстоятельствах, судом первой инстанции верно
действия Мокрова А.С. квалифицированы по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 166 УК РФ - как
неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), совершенное
группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, не опасного для
жизни или здоровья, а действия Мосалева Е.Н. по данному эпизоду квлифицированы по
ч. 3 ст.30, п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, как покушение на убийство, то есть
покушение на умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное с целью
облегчить совершение другого преступления, а также по ч. 4 ст. 166 УК РФ, как
неправомерное завладение автомобилем без цели хищения (угон), с применением
насилия, опасного для жизни или здоровья.
По
эпизоду кражи имущества, принадлежащего потерпевшим Г***у Д.А., Г***ой Э.В. и А***ой
Г.А.
Виновность по данному эпизоду преступления Мосалев Е.Н.
полностью признал как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной
инстанции, что не оспаривается сторонами, также подтверждается показаниями потерпевшей
А***ой Г.А. о краже при обстоятельствах, указанных в приговоре, принадлежащего ей
телевизора «Samsung ***», находившегося в квартире № *** дома № *** по ул. Е***
г. Ульяновска, а также показаниями потерпевших Г***а Д.А. и Г***ой Э.В. о краже
при тех же обстоятельствах ноутбука
«Acer», что подтвердил
в судебном заседании свидетель Ф***в Г.В.
Достоверно
подтверждаются эти показаниями исследованными судом протоколом осмотра места
происшествия, протоколами выемок и осмотра предметов, относящихся к
совершенной краже, заключением
эксперта о стоимости похищенного имущества.
На основании исследованных доказательств, с учетом мнения
государственного обвинителя, судом действия Мосалева Е.Н. верно квалифицированы
по данному эпизоду преступления по ч. 1 ст. 158 УК РФ - кража, то есть тайное
хищение чужого имущества.
Таким
образом, выводы суда первой инстанции о признании виновными осужденных в
совершении вышеописанных преступлений являются законными и обоснованными,
мотивированными, основаны на тщательном анализе всех исследованных в судебном
заседании доказательств. При квалификации их действий суд обоснованно
исходил из установленных в судебном заседании фактических обстоятельств
содеянного осужденными.
Оснований для оправдания осужденных, а также для иной квалификации
их действий у суда первой инстанции не имелось, выводы о чем мотивированы в
приговоре, не находит таких оснований и судебная коллегия.
Судебное разбирательство по настоящему уголовному делу
проведено всесторонне, полно и объективно. Из протокола судебного заседания
следует, что в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон,
которым суд создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования
обстоятельств дела, обвинительного уклона допущено не было. Все доказательства
исследованы судом по инициативе сторон, заявленные ходатайства разрешены в
установленном законом порядке.
Подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные
статьей 73 УПК РФ, установлены и в приговоре изложены правильно. Приговор
постановлен в соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ, нарушений положений
статьи 307 УПК РФ не допущено, доказательствам и доводам сторон дана надлежащая
оценка, квалификация действий осужденных мотивирована.
Осужденным назначено справедливое, соответствующее
требованиям статей 6 и 60 УК РФ, наказание.
Так, при назначении осужденным наказания судом были учтены
характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о
личностях осужденных, влияние наказания на их исправление, на условия жизни их
семей.
Вопреки доводам апелляционных жалоб, учел суд при назначении
наказания и все имеющиеся смягчающие наказание обстоятельства в отношении
осужденных, которые изложены в приговоре, в том числе и активное
способствование расследованию преступлений, а также отягчающее наказание в виде
рецидива преступлений при назначении наказания осужденному Мокрову А.С.,
поскольку на момент совершения преступления его судимость по приговору от 17
июля 2014 года погашена либо снята не была. Достаточных оснований для признания
каких-либо иных обстоятельств смягчающими наказание осужденных, судебная
коллегия не усматривает.
Исходя из совокупности всех установленных по делу
фактических обстоятельств, в том числе, связанных с событиями совершенных
осужденными преступлений и их личностями, судебная коллегия соглашается с
мнением суда первой инстанции и полагает о недостаточности исправительного
воздействия в случае назначения осужденным наказания, не связанного с лишением
свободы.
Выводы суда о необходимости назначения осужденным реального
лишения свободы, а также об отсутствии возможности для применения положений
части 6 статьи 15, статей 64, 73 УК РФ, в приговоре мотивированы. Оснований для
применения указанных положений уголовного закона, признания наказания чрезмерно
суровым, судебная коллегия не находит, как не находит оснований, вопреки
доводам апелляционного представления, для признания чрезмерно мягким
назначенного наказания.
Осужденному Мосалеву Е.Н. при назначении наказания учтены
положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, правильно ему окончательное наказание назначено в
соответствии с требованиями ч. 3 ст. 69, 71 УК РФ.
Оснований для освобождения от наказания осужденных в
соответствии с Постановлением Государственной Думы РФ от 24 апреля 2015 года
«Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой отечественной
войне 1941-1945 годов» не имеется, в том числе, с учетом требований пункта 10
Постановления о порядке применения амнистии, и в отношении Мосалева Е.Н. по ст.
158 ч. 1 УК РФ, поскольку осужден он по
совокупности преступлений, в которую вошли преступления, перечисленные в п. 13
Постановления об амнистии.
Вместе с тем, назначая наказание Мосалеву Е.Н. по ст. 158 ч.
1 УК РФ, суд ошибочно указал, что удержания в доход государства подлежат из
заработка осужденного, тогда как в силу требований ч. 3 ст. 50 УК РФ удержания
производятся из заработной платы осужденного. В связи с этим судебная коллегия
вносит соответствующее уточнение в приговор.
Правильно суд первой инстанции определил вид исправительных
учреждения, в котором осужденному Мосалеву Е.Н. подлежит отбывать наказание в
виде лишения свободы, то есть в исправительной колонии строгого режима, что
соответствует требованиям п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.
Между тем, как обоснованно указывается в апелляционном
представлении, суд неправильно назначил для отбывания лишения свободы исправительную
колонию строгого режима осужденному Мокрову А.С., поскольку в соответствии с
правилами п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы подлежит
отбыванию в исправительной колонии строгого режима при наличии рецидива лишь в
том случае, если осужденный ранее отбывал наказание в виде лишения свободы.
Поскольку Мокров А.С. ранее не отбывал наказание в виде лишения свободы,
совершил тяжкое преступление, то наказание в виде лишения свободы подлежит
отбыванию им в силу п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии общего
режима, о чем судебная коллегия вносит изменения в приговор.
Гражданские иски потерпевших разрешены в соответствии с
действующим законодательством.
Каких-либо иных нарушений норм уголовно-процессуального
закона РФ, влекущих отмену или изменение приговора по доводам апелляционных
жалоб и апелляционного представления, судебная коллегия не усматривает.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13,
389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия
О П Р Е Д Е Л И Л А :
Приговор Ленинского районного суда г. Ульяновска от 08 июля
2015 года в отношении МОСАЛЕВА Е*** Н*** и МОКРОВА А*** С*** изменить.
Уточнить, что наказание МОСАЛЕВУ Е*** Н*** по ч. 1 ст. 158
УК РФ назначено в виде 6 месяцев исправительных работ с удержанием 20 % из
заработной платы в доход государства.
Отбывание наказание МОКРОВУ А*** С*** в виде лишения
свободы, назначить в исправительной колонии общего режима.
В остальной части приговор оставить без изменения, а
апелляционные жалобы и представление – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи